НОВОСТИ  АТЛАС  СТРАНЫ  ГОРОДА  ДЕМОГРАФИЯ  КНИГИ  ССЫЛКИ  КАРТА САЙТА  О НАС


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Чем больше больниц, тем больше больных

- В чем же трудности?

- Проблем немало. Вот одна из них: прибавить не только годы к жизни, но и жизнь к годам. Долголетие - это еще не долгое здоровье, а людям едва ли нужно одно без другого. Между тем налицо парадокс XX века: чем больше лекарств, тем больше больных. И для многих старость - не в радость...

- А, значит, все-таки «расплата за цивилизацию»?!

- Нет, скорее за собственное неразумие расплачивается сам человек разумный.

Рассказывают, один грамотей скончался из-за опечатки. А начал с того, что ни с того ни с сего зачастил вдруг к врачам, жалуясь то на одну хворь, то на другую. Те обследовали его так и эдак, но безрезультатно. Ни единого из недугов, о которых пациент твердил с тихим упорством маньяка, ни даже самомалейшего недомогания вообще обнаружить не удавалось. Ничего не могли поделать даже светила медицины. И тут, как всегда бывает в подобных историях, успех ожидал малоизвестного и, конечно же, молодого коллегу маститых, но бесталанных эскулапов.

Чем больше больниц, тем больше больных
Чем больше больниц, тем больше больных

Коллега начал с того, что нагрянул к больному домой. И застал того за странным занятием. Страдалец запоем читал только что вышедший из печати второй том медицинской энциклопедии, со сладострастным ужасом всматриваясь в захватывающие картинки. Рядом лежал первый том, уже изрядно потрепанный и оснащенный закладками. Старательно, видать, проработанный в итоге неусыпного бдения.

- Так мы, оказывается, коллеги! - с профессиональной бодростью заговорил незваный гость, сразу же смекнувший, где зарыта собака. - С той лишь разницей, что вы настоящий энциклопедист. Уже второй том штудируете. А я, батенька, и первого еще не открывал. Великая вещь эрудиция! Вы уже наверняка знаете больше, чем сам Гиппократ. А ведь он до сих пор слывет светилом из светил, и, казалось, его никому не затмить.

- Ну, положим, вы немного преувеличиваете, - скромно поправил коллегу конкурент Гиппократа. - Впрочем, что они знают, эти светила! Не ручаюсь, правда, за Гиппопота... Как вы говорите?

- Гиппократ.

- Он чей?

- Грек, из Эллады.

- А-а, то-то я его не знаю! В нашем отечестве мне знакомы, почитай, все светила из светил. Ничего не умеют. Вот за границей наверняка дело другое. В Элладу, что ли, съездить? Я бы сам подлечился, да вот языков не знаю. А тут кругом латынь да латынь...

Внимательно выслушав больного, врач направил его в аптеку с таким рецептом: aqua distillata (через час по чайной ложке после ежевечернего моциона.

- Как рукой! - обрадованно сообщил повеселевший пациент при следующей встрече. - Сняло. Вы настоящий кудесник. Боюсь только, что у меня начинается новая... болезнь..

.

- Догадываюсь какая! - перебил кудесник. И стал перечислять симптомы, предвосхищая еще не выслушанные жалобы.

- Как вы определили, доктор?! - не выдержал побледневший визитер, ошеломленный неожиданным могуществом диагностики.

- Великая вещь эрудиция! Я тоже, батенька, сделал закладки в энциклопедии. На тех же, между прочим, страницах, что и у вас. И знаю теперь кое-что даже о будущих ваших хворях.

- Да-да. Они начинаются на букву Б, не правда ли? На букву А вы ведь уже отболели! Рецепт? Тот же самый: «дистиллированная вода, через час по чайной ложке после еже...»

Пациент не дослушал. Нет, он не рассмеялся на радостях. Он тотчас покинул помещение в знак протеста.

Не до смеха стало и врачу. 1еперь мнимый больной мог превратиться в настоящего! Заявление короля Лира «из ничего не выйдет ничего» - плод легкомыслия. Самовнушение способно превратить вымышленную хворь в реальную. А самолечение - доконать больного. Любая пилюля опаснее бумеранга: метя только в болезнь, больной всегда поражает и себя...

Навсегда разочарованный в медиках, пациент уселся за латынь. Дабы самому безошибочно разбирать рецепты из энциклопедии.

Финал этой истории? Энциклопедиста погубила опечатка (поправка опоздала: ее дали лишь в следующем томе).

Старый анекдот? Старый, но нестареющий. Возможно, герой его по-прежнему обретается среди нас и, узнав себя, вправе дать публичное опровержение в духе Марка Твена: «Слухи о моей смерти не подтвердились, что и подтвердит с готовностью родня, а также справка с печатью».

А вот недавнее «свидетельство о смерти», к сожалению, неопровержимое. Это уже серьезно. Всемирная демографическая статистика свидетельствует: в последнее время числа умирающих в пору зрелости (за 35 лет) стали кое-где мало-помалу увеличиваться. Правда, невзирая на это, средняя продолжительность жизни продолжает расти (в основном благодаря снижению детской смертности). Но растет не столь быстро, как хотелось бы.

Симптом тревожный. Обратите внимание: речь идет о статистике именно смертности, не заболеваемости. «Обращаемость» ведь увеличивают, бывает, здоровые люди, возомнившие себя больными.

Что же случилось? Быть может, и впрямь болезней становится все больше? В начале XIX столетия медицина считала их лишь сотнями, а во второй половине XX - уже десятками тысяч. А все симптомы нынешнему врачу и подавно не упомнить: они исчисляются сотнями тысяч. Мало того, с каждым новым изданием в медицинской энциклопедии их значится все больше и больше. То-то раздолье для ипохондрика, выискивающего их сперва в статье, потом у себя, а там, глядишь, и у цивилизации.

Да, к реестру болезней пушкинской эпохи добавился новый список, в десятки раз больший. Но отсюда вовсе не следует, что недуги становятся все многочисленней. Просто в то время медицина не различала их или не подозревала об их существовании. Объем информации в ее архивах удваивается сейчас каждые 6-8 лет. Но новое ведь можно узнать и о старом!

Исследуя мумии, ученые нашли: почти все древние египтяне в преклонном возрасте страдали атеросклерозом. С тех пор сам он не изменился. А знания о нем? Они стали расти, как снежный ком, с XIX века, когда атеросклероз выделили в особую форму.

В капитальном «Трактате о принципах и практике медицины», изданном 100 лет назад, поражениям органов кровообращения уделено всего 2 страницы. Ныне в таком объеме даже не перечислить все разнообразие сердечно-сосудистых заболеваний - десятка три отдельных форм, которые распознает нынешняя диагностика. А уж о подробном описании симптомов и говорить нечего - им посвящены курганы книг.

Да, сейчас этот душегуб, прячущийся под десятками разных масок, свирепствует как никогда. Его жертвами в развитых странах становятся 6-7 из 10 человек, умирающих от болезней. Еще двоих из того же десятка губит убийца номер два - рак. Но то же самое наблюдалось бы и во времена Пушкина! Если бы тогда каждое поколение сохраняло столь же значительную часть своего первоначального состава до тех старших возрастов, когда особенно характерны злокачественные опухоли и сердечно-сосудистые заболевания.

Век минувший отличается от нынешнего не тем, что этих душегубов не было, а тем, что их опережали другие.

Откройте энциклопедию Брокгауза и Ефрона (1902 год). Там сказано, что чахотка по масштабам опустошений «занимает первое место среди других болезней». Холера 1892 года, одна из сильнейших эпидемий, стоила России меньше жизней (300 000), чем их было унесено туберкулезом в том же году. Своего максимума смертность от него достигала в самую цветущую пору - от 20 до 30 лет (почти половина смертей).

В 27 лет умер от туберкулеза один из великих математиков мира, норвежец Абель. В том же возрасте, сраженный тем же недугом, ушел из жизни Добролюбов.

«Какой светильник разума угас!» - скорбел об этой кончине Некрасов, а ведь его самого ждала такая же кончина... Палочка Коха навсегда прервала творческую деятельность Белинского в 37 лет, Шопена в 39, Чехова в 43 года.

Ныне этот недуг сдал свои позиции, и окончательная победа над ним уже не за горами. В ближайшие десятилетия или даже годы вполне реально ликвидировать также полиомиелит, корь, дифтерию, коклюш и другие инфекционные болезни.

Здесь могут возразить: растет население и его скученность в городах; все плотнее потоки пассажиров при «маятниковых миграциях» (скажем, из дома на работу и обратно), при эпизодических путешествиях, при переездах. (В СССР, например общее число переселений - 15 миллионов в год.) В таких условиях смертельно опасным становится даже грипп. Испанка, его особо тяжелая форма, при пандемии 1917-1919 годов оборвала 20 миллионов жизней - больше, чем первая мировая война! Даже холера или оспа, навсегда, казалось бы, искорененная на целых континентах, снова может вспыхнуть где угодно, просочившись контрабандой через любые кордоны...

Да, контакты между людьми все многочисленней, все теснее. Никто не отрицает: это усложняет борьбу с инфекциями. Но ее успех не вызывает сомнений. Все действенней профилактические прививки и другие предупредительные мероприятия, как, впрочем, и методы лечения. Осуществляются интернациональные программы борьбы с заразными болезнями. Так, всемирное наступление на оспу, развернувшееся по предложению и при участии СССР, погасит ее последние очаги уже в ближайшие годы.

Словом, и прогресс здравоохранения, и многое другое - все говорит за то, что смерть должна отступать по всем позициям - во всех возрастах. А она кое-где пытается контратаковать. Причины тому еще во многом не ясны. Но специалисты все уверенней говорят об одной из них. Это злоупотребление лекарствами. Особенно при самолечении.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Инициация через самоистязание: Жуткий средневековый пережиток, практикуемый в XXI веке

Последние из тхару: загадочные татуировки у женщин вымирающего племени в Непале

Афганская традиция «бача пош»: пусть дочь будет сыном




© Злыгостев А. С., 2001-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://geography.su/ 'Geography.su: Страны и народы мира'

Рейтинг@Mail.ru Ramblers Top100