НОВОСТИ  АТЛАС  СТРАНЫ  ГОРОДА  ДЕМОГРАФИЯ  КНИГИ  ССЫЛКИ  КАРТА САЙТА  О НАС


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Помощь Салему

Когда я обхожу больных, Салем неизменно встречает меня словами: "Сабах аль-хэйр, рафик доктор! Кейф халяк?" ("Доброе утро, товарищ доктор! Как дела?")

Он молод, среднего телосложения, глаза карие, волосы темные. Деревушка, где он родился, расположена в горах Яфи. Здесь он три года проучился в школе. Умер его отец, и ему пришлось вместе с братьями взять на попечение трех женщин, оставшихся в доме после смерти отца. В 1972 г. Салем вступил в один из созданных в его области боевых отрядов и вскоре был направлен в район Сайвуна для борьбы с вооруженными бандами бывших султанов. В этих боях он проявил особую храбрость. При выполнении опасного боевого задания Салем получил ранение: у него были прострелены левое бедро и голень. Бедро быстро зажило, а вот голень пришлось ампутировать. В культе остались осколки, которые вызвали воспаление. Нужны были повторная ампутация и хороший протез. Тогда Салем смог бы обходиться без костылей. Поскольку в самом Адене изготовить протезы и ортопедическую обувь не было возможности, мы запросили разрешение на лечение в ГДР, после чего Салем ежедневно спрашивал меня, не пришел ли ответ. Все его надежды были теперь связаны с нашей страной, о которой он слышал много добрых слов. Ему очень хотелось расстаться с костылями и вернуться в родную деревню, где его ждала невеста Хамама. Он часто мне о ней рассказывает. Хамама по-прежнему живет с матерью. Он, бывало, приходил в их дом повидаться с невестой. Помню, как в одну из пятниц Салем, возбужденный и счастливый, приковылял ко мне, опираясь на деревянные костыли. Хамама, оказывается, прислала , ему небольшую посылку - стакан горного меда, рис, немного жидкого масла и платок с чудесной вышивкой. Такие платки местные мужчины носят на голове для защиты от солнца.

Подходил к концу октябрь 1972 г. Уже три месяца Салем лежит в нашей больнице. Однажды в мой кабинет пришел уполномоченный министерства внутренних дел и попросил определить возраст Салема. Ведь oн, как и многие его соотечественники, не знает, сколько ему лет! Регистрировать дату рождения и смерти были не принято. Лишь в редких случаях кади в мечетях записывали дату рождения ребенка. Разве мог интересовать феодальных правителей возраст их подданных? Для них было важным одно: с какого момента и как долго они смогут на них работать! После захвата Адена англичане ввели регистрацию рождений и смертей, но до 1969 г. это никак не коснулось остальных районов страны. И только в 1969 г. был издан закон, предусматривавший обязательную регистрацию рождений и смертей по всей стране.

(К настоящему времени в НДРЙ проведена всеобщая паспортизация.)

Мне часто приходилось определять возраст пациентов. Им это требовалось для получения паспорта или при заполнении каких-нибудь документов. Установить возраст уже немолодых людей - задача не из легких. Только путем подробных расспросов, сопоставления фактов их личной жизни, скажем рождения детей, с историческими фактами мне удавалось ориентировочно oпределять год рождения. Во многих случаях я так записывал на бланке приблизительный возраст пациента: "не старше 40 лет" или "35-40 лет". Для установления возможного возраста были важны и его собственные показания. У немолодых женщин вопрос о возрасте встречал, как правило, полнейшее непонимание и вызывал смех. Зачастую до них даже не доходил смысл этого вопроса. Возраст, исчисляемый количеством прожитых лет? Они никогда над этим не задумывались! Выслушав объяснения медсестры, они обычно со смехом говорили, что один Аллах знает, сколько им лет, и этого вполне достаточно!

Наконец пришел долгожданный ответ из ГДР. Этот день мало чем отличался от других. Я, как всегда, проводил обход больных, которые уже по выражению моего лица видели, какую весть я им принес - радостную или печальную. Я вошел в палату, где лежал Салем, и сразу направился к нему.

- Товарищ Салем Ахмед, - произнося его имя, я невольно улыбнулся, и на лицах остальных появилась улыбка, - вы поедете в ГДР.

Радость, осветившая его лицо, навсегда останется в моей памяти. Я хотел надеяться, что поездка будет успешной, и мысленно пожелал ему в эту минуту удачи - нельзя допустить, чтобы впереди Салема ждало разочарование!

Мне довелось увидеть его еще раз. Он был тепло одет - с расчетом на европейский климат: в шляпу, пальто, длинные теплые брюки и крепкие ботинки. Мы все так и покатились со смеху, когда он, обливаясь потом, предстал перед нами в своем новом наряде. Мой вопрос о перчатках вызвал у него удивление. Пришлось объяснять, почему они там необходимы.

Министр лично позаботился о его экипировке. Теперь он мог отправляться в страну своей надежды.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Инициация через самоистязание: Жуткий средневековый пережиток, практикуемый в XXI веке

Последние из тхару: загадочные татуировки у женщин вымирающего племени в Непале

Афганская традиция «бача пош»: пусть дочь будет сыном




© Злыгостев А. С., 2001-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://geography.su/ 'Geography.su: Страны и народы мира'

Рейтинг@Mail.ru Ramblers Top100