НОВОСТИ  АТЛАС  СТРАНЫ  ГОРОДА  ДЕМОГРАФИЯ  КНИГИ  ССЫЛКИ  КАРТА САЙТА  О НАС


предыдущая главасодержаниеследующая глава

В гостях у Сикейроса

Куэрнавака - трансформированное на испанский лад индейское название Куаунауак, что означает "на границе с сельвой".

Это было не первое наше посещение столицы штата Морелос, и каждый раз город казался большой акварелью, на которой даны тона и полутона, присутствуют тщательно выписанные детали на первом плане, второй же смотрится словно сквозь водную пелену. Возможно, такое восприятие связано с особой освещенностью и с тем, что город разбросан по холмам.

В тот день мы приехали к вечеру, когда косые лучи заходившего солнца окрашивали верхушки деревьев и крыши домов розоватым цветом, а их длинные черные тени на асфальте чередовались с последними бликами уходящего дня. Воздух был напоен ароматом магнолии.

Перед тем как ехать в отель, мы остановили машину на Сокало, чтобы вновь окунуться в тихий провинциальный мир, как бы застывший с XVI-XVII веков. Подлинная жемчужина Куэрнаваки - ее самое древнее здание - розоватосероватый дворец-замок Кортеса, его главная резиденция в Новой Испании. Дворец Кортеса в Куэрнаваке воспроизводит планировку и объемную структуру резиденции первого губернатора Санто-Доминго Диего Колумба. Ныне здание является правительственным дворцом штата.

Стены нескольких его внутренних помещений покрыты росписями Д. Риверы. В них предстает история Мексики от ее завоевания испанцами до революции 1910-1917 годов с "эпилогом": мертвый Кортес распростерся у ног индейца Эмилиано Сапаты, знаменитого предводителя революционной крестьянской армии. Так Ривера в своем искусстве как в волшебном зеркале преломил и связал отдаленное и сравнительно недавнее прошлое, выразив тем самым свое страстное желание победы порабощенного народа. Э. Сапата, ставший символом народных масс, не случайно показан на росписи во дворце Кортеса. Сапата - выходец из бедной крестьянской семьи с юга штата Морелос. Здесь он стал предводителем крестьян, боровшихся за землю в тяжелые годы диктатуры П. Диаса, здесь же создал костяк Освободительной армии юга страны, развернувшей вооруженную борьбу против войск диктатора и сыгравшей в дальнейшем большую роль в революции 1910-1917 годов.

Сикейрос, как и Ривера, отстаивал революционное предназначение искусства. Сам Сикейрос всю жизнь был борцом-революционером. В юношеские годы, учась в академии изящных искусств Сан-Карлос, он принимал участие в забастовке студентов, недовольных существовавшей системой преподавания, участвовал в Мексиканской буржуазной революции, затем стал одним из руководителей Мексиканской коммунистической партии, позже в составе интернациональной бригады воевал в Испании на стороне Испанской республики.

Много сделал Сикейрос для укрепления дружбы между мексиканским и советским народами, для борьбы за мир. Художник был основателем первого в Мексике комитета "Друзей Советского Союза", в 1967 году ему была присуждена международная Ленинская премия "За укрепление мира между народами".

И все эти годы не прекращался титанический труд художника. В Мексике, США, на Кубе, в Южной Америке, везде, где бы ни работал Сикейрос, его искусство звучало как страстный призыв к ликвидации социальной несправедливости. Разумеется, у художника было много врагов. Его преследовали по политическим мотивам, бросали в тюрьму, находились критики и в сфере искусства. Но Сикейрос оказался несгибаемым борцом.

Он был органично слит со своей родиной и любил ее беспредельно. Ее горы и долины, пустыни и сельву, землю и небо. Буйство красок на его муралях и полотнах - дань не только собственному революционному темпераменту, но и родной природе, ее контрастам.

Утренняя прозрачная голубизна неба бездонным куполом опрокинулась на город-сад. Без пяти минут одиннадцать (час был назначен Сикейросом) мы останавливаем машину у дома номер семь по улице Венус. (Дом не спутаешь: рядом с мастерской, находящейся на участке, высятся металлические леса.) Входим в калитку. Сквозь листву проглядывают серые, скального камня стены двухэтажного особняка, стоящего чуть на пригорке. Над лужайкой порхают две бабочки. Одна с блестящими синими крыльями, усеянными белыми точками и полосами, другая с коническим, сигарообразным тельцем, с широкими пестрыми крыльями.

- Правда, красива? Эта "сигара" называется бабочка-колибри, - говорит встречающий нас в открытых дверях веранды Сикейрос.

Художник, как всегда, подтянут. Одет спортивно. Белая водолазка, легкие брюки. Любезно здоровается с нами. Из внутренних комнат выходит и Леопольдо Ареналь, брат жены художника, исполняющий обязанности "секретаря-мажор-дома".

В простенках больших окон веранды картины, эскизы хозяина дома, подарки других известных художников. Сикейрос усаживает нас в кресла, предлагает отведать сок манго, агуакат с острой приправой, "лепестки" жареной картошки, кофе.

Художник интересуется нашими впечатлениями от увиденных районов Мексики и, улыбаясь, говорит:

- Вы сможете составить целую энциклопедию жизни "мертвых" и "живых" городов Мексики.

Мы просим Сикейроса высказать свою точку зрения на роль природы в мексиканских древних и современных муралях, на соотношение философского, социального и географического в них.

- Маэстро, какую роль играли в древности мурали Мексики?

- Здесь две проблемы. Одна-что хотели сказать, какую информацию передать древнеиндейские художники; другая - как воспринималась мураль тогдашним обществом и вообще какую роль она играла объективно, учитывая при этом, что она в основном была частью интерьеров общественных зданий. И не только это. Многие барельефы, сохранившиеся снаружи строений, по-видимому, были раскрашены.

Это говорит о совмещении скульптуры и росписи и о том, что росписи были частью не только внешней отделки зданий, но и компонентом целых городских ансамблей и в Туле, и в Теотиуакане, и в городах майя. Теперь, какую информацию хотели передать древние художники? Разумеется, религиозно-философскую прежде всего. Однако часто она отражает какое-то историческое событие, например росписи майя в Бонампаке, изображают битвы, пленение врагов. Но все же и этим сценам авторы стремились придать определенный религиозно-философский смысл. Другое дело, как эти мурали воспринимались тогдашним обществом. Конечно, общество, к которому принадлежал автор или авторы, прежде всего воспринимало философскую и символическую суть муралей, не отрицая, конечно, эстетического воздействия.

Но проходили века. На мурали смотрели новые поколения и другие народы и их восприятие уже содержало меньше философского и больше эстетического. Но я далек от мысли, что художники, создавшие мурали в Теотиуакане, Бономпаке, Монте-Альбане, не стремились отразить красоту мира в своих произведениях. Перед нами и продуманная композиция изображавшегося, и гамма красок, хотя и поблекших.

Конечно, каждый цвет имел религиозное значение, и все же необычайно красивы сочетания зеленого и бирюзового в росписях в Теотиуакане или голубого и красного в Бономпаке. Как драгоценные камни, художественно обрамленные золотом, являют собой объект большого эмоционального воздействия, так и древние мурали были "драгоценными камнями" в великолепно построенных серых каменных храмах и дворцах. Древнеиндейские росписи не могут не вдохновлять современных мексиканских муралистов, чье творчество обращено к широким массам, порой малограмотным, то есть в значительной степени к индейским массам.

- А место природного фактора?

- Образы природы, пусть трансформированные религиозным, мифологическим мышлением, присутствуют в древних росписях постоянно. Стилизованные звери и птицы в основном мексиканские, а не каких-то арктических широт. Зеленые перья на головах жрецов - это перья кецаль. В раю, изображенном в мурали Теотиуакана, растут мексиканские растения, ходят ягуары и койоты, то есть боги живут в мексиканском мире природы. Кроме того, в доиспанской живописи нашла свое отражение и земледельческая деятельность индейцев.

- А каково место природы в мексиканских муралях нашего времени?

- Херердо Мурильо, больше известный под псевдонимом Доктор Атль (Атль на языке науатль - "вода"), вдохновитель плеяды мексиканских муралистов, появившихся после революции 1910-1917 годов, призывал не отрываться от природы, воспевал оригинальность мексиканского пейзажа. Достаточно вспомнить его "Вулкан Истаксиуатль", "Долину Мехико".

Диего Ривера, несмотря на то что политическое и социальное у него явно доминировало, любил показывать наши горы и долины, древнеиндейский город, отразил свое отношение и к сегодняшнему городскому пейзажу и даже показал в росписях Национального дворца в Мехико город будущего. Это не только символическое изображение Земли, ее недр в муралях Сельскохозяйственной школы в Чапинго, но и реальный гористый мексиканский пейзаж в цикле росписей "Гибель пеона" в патио министерства образования в Мехико.

Ривера сумел показать органическую связь человека и среды, человеческого настроения и состояния природы. Это можно сказать и о муралях "Праздник маиса", и о других его работах. Если взять Хосе Клементе Ороско, то у него природа выступает больше как символ, что очень сильно сближает его росписи с иносказанием древних мексиканцев.

- А как вы, маэстро, решаете эту проблему? Нам, например, нравится образ Мексики в виде человека, лежащего на мексиканских вулканах на полотне "Образ Мексики".

- Вы знаете, что социальные вопросы, тема человека у меня главные. Хочется показать человека как произведение природы и как творца своего счастья, но без отрыва от природы. Именно так мне хочется, чтобы понимали мой "Образ Мексики" как потенциально сильного мексиканца, всеми порами связанного с землей, ее стихиями. В единстве борющегося человека и земной природы его сила. Борьба человека за счастье на земле и светлое будущее человечества - это и путь человека к познанию природы Вселенной.

С этими словами художник повел нас по дорожке сада в свою мастерскую-павильон, где трудился тогда над панно, которое называлось "Марш человечества на Земле и к космосу: нищета и наука", - монументальной объемной росписью философского содержания. На металлических лесах в павильоне были вывешены ее отдельные фрагменты. На примыкавшей к мастерской площадке под открытым небом, на многоэтажных металлических конструкциях происходила сборка панно, предназначенного для "Полифорума", который в то время строился в Мехико, в небольшом парке на авениде Инсурхентес. Создавалось двенадцатигранное здание, внешние стены которого покрывались росписями. Внутри здания на нижнем этаже помещались мурали, повествующие об истории мексиканского народа, а на втором - самая большая в мире роспись (3000 квадратных метров), сделанная внутри помещения, - "Марш человечества". Посетителей этой круговой панорамы ждут неожиданности: специальный механизм приводит пол в движение, и кажется, что написанные фигуры, а их сотни, оживают и движутся в своем порыве к будущей борьбе.

И в предыдущих работах Сикейрос смотрел на Мексику через призму мирового видения, в "Марше человечества" оно еще более обострилось. Но это видение прежде всего вдохновлено миром Мексики. Для "Полифорума" были созданы скульптурно-живописные портреты мексиканских художников, учителей и соратников Сикейроса, - гравера Х. Г. Посады, графика Л. Мендеса и муралистов Х. К. Ороско и Д. Риверы.

Динамика борьбы - смысловой стержень творчества Сикейроса. Даже в мексиканских пейзажах, написанных им, отмечает советский искусствовед И. А. Каретникова, чувствуется энергия борьбы. "В пространстве, создаваемом художником, сливаются, рушатся и клубятся горы, облака, груды земли".

Журналист В. И. Чичков, не раз встречавшийся с Сикейросом, писал, что как-то художник сказал, что ему "сослужило службу" искусство древних обитателей Мексики, но одновременно помогли и все достижения мировой культуры. Сикейрос отметил: одной эмоциональности в живописи мало; в ней переплетаются эмоциональность и наука; надо обязательно знать законы химии, законы перспективы, надо знать характер зрителя.

В живописи Сикейрос был не только выразителем революционных идей, но и новатором в средствах и методах изображения. Художник изобрел грунт, соединяющийся с бетоном, пользовался для нанесения краски кроме кисти и воздушным пистолетом-аэрографом, применял пироксилин в качестве краски, не подверженной воздействиям внешних температур.

В своем творчестве Сикейрос искал пути к тому, чтобы зритель мог себя чувствовать как бы участником событий, изображенных художником. Именно Сикейрос первым среди современных мексиканских монументалистов стал расписывать не только внутренние, но и внешние стены зданий, взяв саму идею у древнеиндейских художников.

Сикейрос, человек и художник, - само воплощение Мексики древней, сегодняшней и будущей, которую он чаще воспринимал в таких оптимистических, живых цветах, как оранжевый и зеленый, преобладающих в росписях "Полифорума".

У нас образ Сикейроса всегда будет ассоциироваться с мексиканским "краем вечной весны", непреходящими ценностями индейского мира, многогранностью современной мексиканской жизни.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Население России сократилось впервые за 10 лет

Географы создали карты, отражающие изменения поверхности Земли за последние 25 лет

Монголия и Эфиопия обогнали Россию по выживаемости взрослых

Племя индейцев-тсачила сохраняет обычаи благодаря туристам

Карты мира, которые расскажут о менталитете стран

В 1946 году Кенигсберг был включен в состав СССР

Остров Пасхи, Америка и генетика

Инициация через самоистязание: Жуткий средневековый пережиток, практикуемый в XXI веке

Последние из тхару: загадочные татуировки у женщин вымирающего племени в Непале

Афганская традиция «бача пош»: пусть дочь будет сыном




© Злыгостев А. С., 2001-2018
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://geography.su/ 'Geography.su: Страны и народы мира'

Рейтинг@Mail.ru Ramblers Top100