НОВОСТИ  АТЛАС  СТРАНЫ  ГОРОДА  ДЕМОГРАФИЯ  КНИГИ  ССЫЛКИ  КАРТА САЙТА  О НАС


предыдущая главасодержаниеследующая глава

От Никозии до Пафоса

Небольшие размеры Кипра и хорошо развитая сеть автомобильных дорог позволяют объехать остров, побывать во всех его городах за один день. Однажды, еще до того, как Кипр был расколот на две части событиями 1974 года, мне удалось совершить такое путешествие. Настоящее же знакомство с кипрскими городами состоялось гораздо позднее, когда не один раз пришлось побывать в каждом из них, встретиться с живущими там людьми. И хотя долгие годы из-за оккупации турецкими войсками северной части острова повторить путешествие по старому маршруту (Никозия — Кирения — Фамагуста — Ларнака — Лимасол — Пафос) оказывалось невозможным, хотелось бы именно в такой последовательности рассказать о кипрских городах, ибо хочется верить, что наступит день, когда киприоты и гости острова вновь смогут беспрепятственно проехать по всему Кипру.

Итак, начнем с главного города Кипра, его столицы Никозии. Ныне в самом городе и его пригородах, по данным муниципалитета, живет 160 тысяч человек — почти каждый четвертый киприот. По-гречески название города звучит как Лефкосия. Специалисты считают, что оно происходит от слова «лефкон» — тополиная роща. И действительно, в окрестностях города по сей день растет немало тополей.

Современная Никозия — крупнейший административный, политический, экономический и культурный центр Кипра. Здесь расположены резиденция президента республики и дворец архиепископа, руководящие органы политических партий, национальный парламент, турко-кипрская администрация, все министерства, штаб-квартиры ведущих компаний и банков, посольства иностранных государств, редакции газет и журналов. В городе и особенно на его окраинах сконцентрированы многие кипрские промышленные предприятия, типографии и книгоиздательства. Здесь же находятся многие торговые фирмы. В столице расположены и основные учебные заведения, многочисленные музеи и библиотеки, крупные больницы. Широко ведется строительство отелей. На северной окраине города, неподалеку от международного аэропорта, в последние годы возведен обширный выставочный комплекс, где регулярно проводятся кипрские международные ярмарки. В столичных пригородах с размахом осуществляется жилищное строительство. Там выросли новые поселки благоустроенных домов, жилье в которых получили тысячи беженцев с севера острова. Постоянно улучшаются и расширяются автомобильные дороги, связывающие Никозию со всеми городами острова. Большие средства вкладываются в реконструкцию городского хозяйства.

Никозия предстает как бы несколькими городами, сросшимися воедино. В ней причудливо переплелись архитектурные стили едва ли не всех градостроительных школ разных времен и народов. Старые минареты мусульманских мечетей соседствуют с модернистскими православными церквами, возведенными в последние годы. Построенные еще крестоносцами католические соборы стоят в окружении турецких торговых рядов и невысоких домиков с закрытыми деревянными балкончиками, нависающими над улицей. Щеголеватые здания банков и контор теснят ветшающие постройки викторианского стиля времен британского владычества. Узкие и кривые переулки центра, похожие на причудливые следы древоточцев под корой старого дерева, на окраинах превращаются в широкие прямые проспекты.

 Многие горные ущелья заперты плотинами, которые хранят запас пресной воды, так необходимой для жизни опаленного солнцем острова
Многие горные ущелья заперты плотинами, которые хранят запас пресной воды, так необходимой для жизни опаленного солнцем острова

Иногда смешение стилей видно даже в отдельно взятых зданиях. Так, один из наиболее величественных и знаменитых никозийских соборов (св. Софии) был построен еще в 1208—1267 годах крестоносцами. Во время турецкого господства он превратился в мечеть Айя-София, а позже назван Селимие в честь турецкого султана Селима II, завоевавшего Кипр в XVI веке. Собор «украшен» двумя минаретами, мало соответствующими его готическим линиям.

Архитектурный космополитизм Никозии отражается на укладе городской жизни, в котором причудливо переплелись характерные черты и восточных и западных городов. Блестящие витрины дорогих магазинов сменяются лавками ремесленников, здесь же, на улице, производящих и продающих свой нехитрый товар. Отделения крупнейших лондонских банков стоят неподалеку от вполне восточных базаров с их мелочной торговлей и пестрой суетой. Китайские рестораны конкурируют с греческими тавернами и местными копиями английских пивных — «пабов».

Более или менее определенная граница в этой неразберихе проходит только между старым городом, обнесенным укрепленными камнем земляными валами, и новыми районами Никозии. В первом главенствует Восток, во вторых — Запад.

История Никозии сходна с судьбой всего Кипра. Она познала времена мира и пожары войны. Нынешняя столица Кипра расположилась на плодородных землях Месаории на месте древнего города-государства Ледра. Археологические находки, сделанные в самой Никозии и ее окрестностях, свидетельствуют о том, что первые поселения человека в этой местности относятся к эпохе неолита.

Ледра (другие ее названия в исторических хрониках и описаниях Кипра — Лидир, Ледрон, Ледрас, Ледрои) возникла в I тысячелетии до н. э. Она упоминается в относящемся к VII веку до н. э. списке кипрских владык, плативших дань Ассирии. Впоследствии значение Ледры несколько упало. Как полагают, сильно пострадавший в результате разрушительных землетрясений и неудачных военных кампаний город был включен в состав владений города-государства Саламиса. К началу нашей эры расположенный в этом районе город все чаще стали называть Лефкотеа или Лефкон; к IV веку за ним прочно укрепилось название Лефкосия. Расцвет города вновь начался с VII века, когда сюда переместилась из Саламиса столица острова. К концу I тысячелетия н. э. Лефкосия представляла собой крупный, многонаселенный город. На подступах к нему был создан широкий пояс военных укреплений, возведенных византийцами.

Еще большее значение столица Кипра приобрела в период владычества династии Лузиньянов. В городе и поблизости от него сохранились постройки того времени. Однако наибольшее воздействие на нынешний облик Никозии оказало почти вековое венецианское господство. Венецианцы рассматривали остров прежде всего как перевалочный пункт для торговли со странами Востока и как свой военный форпост в Восточном Средиземноморье. Они пренебрегали нуждами местного населения, уничтожали монастыри и церкви, закрывали школы и в то же время с размахом строили мощные крепостные укрепления. Крепость в Фамагусте и возведенный вокруг всей Никозии высокий земляной вал, облицованный камнем, — наиболее внушительные памятники того периода.

Крепостной вал в Никозии поднимается на высоту примерно двенадцать метров и ровным кругом опоясывает старую часть города. Он окружен широким, до тридцати метров, рвом, в который на уровне крепостного вала вдаются одиннадцать сердцевидных бастионов. Искусство строителей и военного инженера Джулио Савоньяно было таким совершенным, что вал и бастионы, построенные в 1567—1570 гг., дошли до наших дней почти нетронутыми, несмотря на ожесточенные сражения, не раз разыгрывавшиеся здесь. Первоначально через ров были переброшены три подъемных моста, которые вели к трем городским воротам: Киренийским, Фамагусты и Пафоса. После оккупации Кипра войсками турецкого султана в XVI веке на месте подъемных мостов появились дороги.

На Кипре нет рек, способных в течение всего года достигать моря. Но в горах немало небольших речек и ручьев, поражающих красотой
На Кипре нет рек, способных в течение всего года достигать моря. Но в горах немало небольших речек и ручьев, поражающих красотой

Три с лишним столетия турецкого господства мало что изменили в облике Никозии. Разве что острые шпили минаретов выросли у католических соборов и христианских церквей, превращенных в мечети. Узкие и кривые улочки старого города, хотя вдоль них и стоят дома, построенные гораздо позже, ныне выглядят почти так же, как и во времена правления крестоносцев и венецианцев. Иначе называются лишь заложенные ими площади. Среди возведенных в период турецкого владычества памятников архитектуры следует прежде всего упомянуть построенное в XVI веке здание мусульманской гостиницы «Бейик-хан». Оно стоит возле ныне ставшего мечетью Селемие собора св. Софии. Выделяется восточным своеобразием и монастырь Ордена вертящихся дервишей, также возвышающийся в Центре старого города.

До наших дней в старой Никозии сохранился королевский дворец династии Лузиньянов на старинной площади, ныне носящей имя Ататюрка. В более поздние времена дворец подвергся значительной переделке. В нем поочередно размещались резиденции венецианских губернаторов, турецких пашей, правивших островом и, наконец, турецкий суд.

Живописно выглядит Бедестан — крытый рынок, Расположенный неподалеку. Его стрельчатые окна, теряющиеся высоко над головой сумрачные своды напоминают о том, что нынешнее пристанище торговцев и менял когда-то было храмом. Превращенный в рынок собор св. Николая был выстроен еще в ХII веке.

Надо отметить, что почти все старые здания Никозии за свое долгое существование успели сменить много хозяев и послужить самым разным нуждам. Нынешняя кафедральная церковь Кипра стоит рядом с архиепископским дворцом, недалеко от старых «ворот Фамагусты». До того как стать главной православной церковью острова, она служила греко-православным монастырем, а еще раньше была католическим монастырем Ордена бенедиктинцев.

Крепостные стены, соборы и дворцы — вот, пожалуй, и все достопримечательности старой Никозии. Время пощадило их, зато к домам простых жителей оно оказалось безжалостным: землетрясения и войны сокрушали. целые кварталы.

Выйдя по главной торговой улице старого города Ледре за пределы вала, сразу ощущаешь, как раздалась вширь и взметнулась ввысь новая Никозия. На границе между старым и новым городом, на одном из бастионов земляного вала, стоит небольшое аккуратное здание с колоннами — никозийская мэрия — димархия. Лелос Димитриадис, бывший тогда димархом, говорил мне об истории и сегодняшнем дне Никозии, об огромных трудностях и проблемах, порожденных расколом острова и его столицы на две части.

— После военных действий 1974 года нарушились даже те немногие связи, которые существовали между северным и южным районами Никозии, — с сожалением рассказывал димарх.— Прекратились экономический обмен, торговля между двумя частями города. Бездействуют многие предприятия, остаются нереализованными некоторые муниципальные проекты, рассчитанные на обслуживание всего населения.

Однако даже война не смогла полностью расчленить городской организм. И сейчас из северной части города в южную поступает вода. С юга на север передается электроэнергия. Пример Никозии лишний раз доказывает, что для греков и турок Кипра невозможен иной путь, кроме восстановления доверия, добрососедского сотрудничества на благо их общей родины. Об этом говорили мне многие жители Никозии — и министры кипрского правительства, и простые рабочие, строившие в ее окрестностях поселки для беженцев. Все они указывали, что греки и турки Кипра обоюдно заинтересованы в ликвидации ненормального раскола их страны.

Ближайшим к столице городом является Кирения, расположенная на северном побережье острова, сразу же за Киренийским хребтом. От Никозии ее отделяют двадцать девять километров. Путь из столицы в Кирению занимает всего несколько минут. Он проходит мимо горы Пентадактилос — «Пять пальцев», поднимающейся пятью вершинами, как костяшками согнутых в кулак пальцев. Миновав невысокий перевал, асфальтовая лента плавными изгибами скоро приводит к утопающим в зелени садов окраинам Кирении.

Киприоты по праву считают Кирению одним из наиболее живописных городов своего острова. Прижатый горами к морю, старинный город террасами спускается к небольшой уютной бухте. Серповидная городская набережная заставлена бесчисленными столиками кофеен, таверн и небольших рыбных ресторанчиков. Над маленьким портом, ограниченным искусственным молом, через который в шторм легко перелетают фонтаны соленых брызг, нависает громада старой крепости.

В центре кипрской столицы Никозии
В центре кипрской столицы Никозии

Эта крепость, одна из самых впечатляющих на Кипре, называется Киренийский замок. Она знаменита тем, что, как утверждают кипрские историки, ее никому не удалось взять силой оружия. Киренийский замок был построен в 1208—1211 годах, во время владычества Лузиньянов. В нем короли этой династии укрывались во время наиболее жестоких войн и набегов иностранцев. Замок выдержал их все, даже яростную осаду генуэзцев в 1375 году. Покорившие Кипр венецианцы значительно перестроили и укрепили старый замок, сделав его еще более величественным.

Замок имеет форму неправильного ромба. Северной восточной сторонами он обращен к морю. Четыре мощных бастиона завершают углы ромба. В этих бастионах и толстых стенах замка расположены его основные помещения, включая небольшую церковь в. Георга. К внутренним стенам примыкает несколько простых и просторных строений с многочисленными залами, комнатами и переходами. Вдоль западной стены тянется глубокий и широкий ров. Через него гда-то был переброшен подъемный мост к воротам крепости. Сейчас его сменил постоянный мост, по которому можно легко проникнуть в некогда бдительно охраняемый внутренний двор замка. Он широк и просторен. В него выходят двери и окна помещений, скрытых в толстых стенах и постройках замка. Двор настолько велик, что в свое время в нем устраивали массовые представления.

Достопримечательностью Кирении кроме самого замка является хранящийся в нем остов одного из наиболее древних торговых судов, поднятых со дна моря. Он был обнаружен в 1965 году киренийским ловцом губок Андреасом Кариолу примерно в двух с половиной километрах от побережья. В течение нескольких лет экспедиции кипрских ученых исследовали 3 под водой судно и его груз, вели раскопки, поднимали на поверхность части корпуса и найденные в нем амфоры, жернова, предметы домашнего обихода, древние монеты. Впоследствии то, что удалось поднять с морского дна, было собрано воедино.

Как считают кипрские ученые, поднятое судно принадлежало греческим торговцам, поддерживавшим оживленный обмен товарами с Кипром. Оно затонуло в конце IV века до н. э. На это указывают несколько бронзовых монет того периода.

Современная Кирения мало похожа на тот важный торговый город древности, в котором развертывались многие драматические события в истории Кипра. Из всех кипрских городов она выглядит самым тихим, провинциальным, погруженным в полудрему. Здесь нет крупных предприятий и фирм. Мастерские ремесленников да лавки торговцев сувенирами, маленькие магазинчики — вот традиционные «столпы» городской экономики. В порту обычно можно встретить только баркасы рыбаков да прогулочные суда, яхты местных богатеев да скромные лодки. У шагнувших в море стен Киренииского замка иногда швартуются небольшие военные корабли, патрульные катера.

Кирения традиционно являлась центром туристской индустрии Кипра. Немногочисленное — менее десяти тысяч человек — население города в туристский сезон значительно увеличивалось за счет наплыва гостей. Вдоль побережья возведено немало благоустроенных отелей, туристских комплексов, летних домиков. Их содержание и обслуживание и являлось основным занятием жителей Кирении. После событий 1974 года поток иностранных туристов значительно сократился.

— Первое время мы едва сводили концы с концами, — рассказывал мне турок-киприот, управляющий одной из киренийских гостиниц. — Но постепенно дело стало налаживаться. Сейчас в Кирению все чаще приезжают отдыхать туристы из Турции, арабских стран. Вернулся и кое-кто из иностранцев, владеющих здесь участками земли и домами. Однако о полном восстановлении былого процветания Кирении говорить еще не приходится. К тому же, как и в других районах На севере острова, мы постоянно ощущаем на себе кризисные явления в турецкой экономике, особенно резкое падение паритета лиры. Некоторые говорят, что, когда в Анкаре чихают, на севере Кипра простуда валит людей с ног.

Кроме чистого моря, живописной природы, благоприятного климата в окрестности Кирении и в сам этот город туристов из разных стран традиционно привлекали замечательные памятники прошлых веков. Это прежде всего крепости и монастыри, которые находятся в горах Киренийского хребта.

В некоторых из этих монастырей до сих пор живут монахи. Другие основательно разрушены временем и прокатившимися по этим местам войнами. Один за другим венчают горные вершины либо таятся в тени ущелий замок св. Иллариона, монастырь Ильи Пророка, монастырь Богородицы Амфитиотисской, замок Буффавенто, монастырь св. Хрисостомоса, армянский монастырь, замок Кантара, аббатство Белапаис...

Каждый из этих замков и монастырей имеет свою неповторимую историю, окутанную легендами и преданиями. Каждый из них в то или иное время служил убежищем для киприотов, спасавшихся от иноземных завоевателей, либо опорным пунктом освободительной борьбы. Многие замки строились еще крестоносцами и служили для укрепления их власти над островом. Они переходили из рук в руки соперничавших властителей Кипра. За их мощными крепостными стенами разыгрывалось немало драматических событий.

Вновь перевалив через Киренийский хребет и отправившись на восток по какой-нибудь из многочисленных дорог, пересекающих плодородные земли Месаории, миновав несколько крупных деревень и поселков, вскоре оказываешься на берегу залива Амохостос, омывающего восточное побережье Кипра. Этот широкий, Удобный залив издавна привлекал мореплавателей. На его побережье были основаны одни из наиболее древних поселений, возникли могущественные города-государства. Здесь и ныне стоит один из крупнейших городов острова — Фамагуста.

На протяжении многих веков Фамагуста (греки-киприоты называют этот город Амохостос, а турки-киприоты — Магоза) являлась одним из наиболее известных и богатых кипрских городов. Период ее расцвета относится к XIV — XVI векам. В те времена окруженный мощными стенами город у единственной естественной гавани Кипра был важным и процветающим центром торговли в Средиземноморье. О богатстве его купцов и знати слагали легенды. Одна из них рассказывала о дочери жившего там «богатейшего человека мира», у которой было больше драгоценных камней, чем в короне французских королей. Фамагуста являлась важнейшим перевалочным пунктом на торговом пути из Европы на Ближний и Средний Восток. Долгое время здесь правили генуэзцы, захватившие Фамагусту в 1374 году.

Интересны исторические обстоятельства, приведшие к этому захвату. Генуэзские купцы уже давно пользовались немалым влиянием в портовой Фамагусте, однако им все время приходилось бороться за нее с многочисленными представителями Венеции. Во время коронации в 1372 году в Фамагусте одного из правителей династии Лузиньянов — Петра Второго — между двумя этими соперничавшими кланами вспыхнула ссора, вылившаяся в кровавые столкновения, охватившие весь город. По традиции генуэзцам принадлежало право вести под уздцы лошадь короля с правой стороны. Венецианцам отводилось менее почетное место — слева. Когда новый король вскочил на лошадь, венецианцы перехватили узду из рук соперников и встали справа. Внешне незначительный спор у лошадиной морды завершился пожарами и грабежами. Разгневанные генуэзцы послали флот и армию и захватили Фамагусту, где и правили столетие.

 На острове сохранились ценные породы деревьев. Здесь растет несколько видов сосен, некоторые из которых, подобно этой, встречаются только на Кипре
На острове сохранились ценные породы деревьев. Здесь растет несколько видов сосен, некоторые из которых, подобно этой, встречаются только на Кипре

В 1488 году и Фамагусту, и весь Кипр завоевали венецианцы. Они еще более укрепили крепость возле порта, построенную правителями династии Лузиньянов. В ней, как считают, и разыгралась трагедия, описанная Шекспиром в «Отелло». До сих пор один из массивных бастионов крепости в Фамагусте, и прежде всего одну из его широких круглых башен, именуют башней Отелло.

И сейчас крепость имеет внушительные стены и все еще грозные, но кое-где уже обвалившиеся башни. В них много узких проходов, широких каменных залов, глубоких колодцев, осыпавшихся погребов. На крепостном дворе прямоугольной формы у стен разложены старинные орудийные стволы и ядра, многие из которых вырублены из камня. На стенах и башнях встречаются каменные изображения крылатых венецианских львов. Рядом с орудийными стволами и ядрами в некоторых местах видны обломки мраморных статуй.

Неподалеку от башни Отелло стоит готический собор св. Николая. Он был построен в начале XIV века при правлении Лузиньянов. В соборе представители этой династии короновались как «короли Иерусалима — титул, пожалованный им крестоносцами. Во время осады и взятия Фамагусты турками в 1571 году собор был сильно разрушен огнем артиллерии. Возможно, что каменные ядра и их осколки, собранные у башни Отелло, когда-то крушили изящные готические стены собора, пробивали его стрельчатые окна, проламывали крышу. Впоследствии собор был несколько восстановлен захватчиками и в нем создали мечеть Айя-София. Еще позже ее переименовали в мечеть Лала Мустафа-паши в честь главнокомандующего турецкими силами, высадившимися на Кипре в конце XVI века. Одну из готических башен венчает блестящий на солнце шпиль мусульманского минарета.

Здесь же расположен венецианский дворец, бывший в свое время резиденцией кипрских королей. Впоследствии он служил ссыльной тюрьмой Османской империи. Из ее многочисленных узников наиболее известен турецкий поэт, писатель и общественный деятель Намык Кемаль (1840—1888). В Фамагусте установлен его бронзовый бюст.

Вокруг дворца сохранилось несколько древних православных церквей. Когда-то Фамагуста на весь Кипр и далеко за его пределами славилась тем, что в ней было построено триста шестьдесят пять церквей — по одной на каждый день года. Однако нашествия, землетрясения и пожары уничтожили большинство из них. Немало Церквей и других старинных зданий Фамагусты были разобраны и отправлены в Египет во время строительства Суэцкого канала. В стенах и фундаментах его сооружений можно найти немало мраморных плит и колонн, осколков скульптур, резных каменных украшений.

Крепость Фамагусты является, пожалуй, наиболее замечательным историческим памятником этого города. Ее стены в некоторых местах, особенно у старых Ворот на сушу (в крепости еще имелись Морские ворота, которые вели в порт), имеют толщину до Десяти метров, а их высота превышает пятнадцать метров. Прекрасно сохранилось несколько бастионов, крупнейший из них — Мартиненьо.

Узкие и кривые улочки старого города, теснящегося в крепостных стенах, сменяются широкими проспектами и тенистыми аллеями новой Фамагусты. Это по сути дела еще один город, выстроенный возле крепостных стен и слившийся со старой Фамагустой. Часто он и называется по-другому: греки-киприоты именуют его Вароша, а турки-киприоты — Мараш.

Впервые мне довелось побывать в Фамагусте в апреле 1974 года. Тогда уже греки-киприоты и турки-киприоты жили в разных районах. Туркам принадлежал старый город, укрывшийся за крепостными стенами. Греки, англичане, армяне и представители других национальностей в основном селились в Вароше. Однако разделявшая их граница и здесь не была полностью непроницаемой. В порту и на окружавших город полях и плантациях турки-киприоты трудились бок о бок со своими греческими согражданами.

Незадолго до событий 1974 года в Фамагусте рядом со старым был построен новый порт, и причальная линия увеличилась почти вдвое. Фамагуста превратилась в главные морские ворота республики. Советские суда становились все более частыми гостями здесь и в других кипрских портах.

О расширении экономических связей между нашей страной и Кипром рассказывал бывший тогда директором департамента портов капитан А. Кантунас. Сын местного рыбака, родившийся и выросший в Фамагусте, Кантунас руководил большим и сложным хозяйством, от которого в решающей степени зависела внешняя торговля республики.

— Кипр — островное государство, и излишне говорить, какое огромное значение для нас имеет развитие морского транспорта и портов, — сказал А. Кантунас. — Мне приятно отметить, что сейчас на Кипр приходит все больше советских судов. С вашими моряками всегда легко работать — между нами никогда не возникало каких-либо проблем.

Характерно, что А. Кантунас не разделял восхищения высокими белыми корпусами гостиниц, выстроившихся вдоль знаменитых пляжей Фамагусты. «Мой отец называл их рыбьими костями, торчащими из песка, — говорил пожилой капитан. — Они только портят кипрский пейзаж. К чему это подражание чужим нравам и чужой архитектуре?» Позже мы слышали подобные слова от многих киприотов, искренне влюбленных в свой остров и стремящихся оставить его таким, какой он есть, не превращать его в средиземноморский Манхэттэн...

Вновь побывать в Фамагусте мне пришлось уже после событий 1974 года. Вароша была пустынна. Обнесенные проволочной сеткой и охранявшиеся турецкой армией кварталы были покинуты жителями. В распахнутых окнах болтались обрывки истрепанных ветром занавесок. Сквозь лопнувший асфальт широких улиц пробивалась сорная трава и уже окрепшие кусты. Зияли пустоты открытых либо выломанных дверей. Такой Вароша, некогда оживленный торговый и туристический центр Кипра, была много лет. Кипрские наблюдатели говорили, что турко-кипрская администрация сохраняет пустынные кварталы нового города в качестве козыря на любых будущих переговорах с общиной греков-киприотов. Их явно рассчитывали «обменять» на уступки со стороны греко-кипрской общины в других требующих урегулирования вопросах. А несколько десятков тысяч греков-киприотов, покинувших Варошу летом 1974 года, спасаясь от наступавших на город турецких войск, долгие годы вынуждены были жить вдали от своих домов, в лагерях и поселках беженцев на юге острова.

Новый архиепископский дворец в Никозии — резиденция главы кипрской православной церкви
Новый архиепископский дворец в Никозии — резиденция главы кипрской православной церкви

Турки-киприоты Фамагусты остались жить в старом городе, расселились в прилегающих к нему кварталах и поселках. Мне довелось с коллегами-журналистами встречаться со многими из них, и нередко в речах этих людей можно было услышать печаль по тем временам, когда турки и греки вместе жили и трудились в Фамагусте.

В Фамагустском порту несколько лет лежали суда, затопленные во время военных действий 1974 года. Торговые и пассажирские корабли многих стран еще долгие годы обходили Фамагусту стороной. Юридически ее порт оставался спорной территорией, захваченной силой.

Вынужденное бездействие порта Фамагуста (кроме судов из Турции и некоторых арабских стран, туда Долго не заходили торговые и пассажирские корабли) тяжело сказалось на всей экономической жизни города. Серьезный удар по ней был нанесен и тем, что Фамагусту покинуло несколько десятков тысяч ее Жителей — греков-киприотов. По различным оценкам, сейчас там проживает от двадцати до шестидесяти тысяч человек. Кроме коренных жителей в город прибыло немало переселенцев с юга острова, а также из Турции. Они получили жилье, принадлежавшее рекам-киприотам (исключая район Вароши), оставленное ими имущество, промышленные предприятия. Однако многие из этих предприятий долгие годы бездействовали, так как оказались лишенными сырья, чаще всего сельскохозяйственного, традиционно поступавшего из южных районов острова.

Также заметно пострадала и туристская индустрия Фамагусты. Некоторые из ее знаменитых отелей были разрушены либо потерпели ущерб во время военных действий. Другие были заброшены из-за отсутствия подготовленного персонала и нехватки туристов. Ведущие туристские агентства большинства стран мира отказывались от сотрудничества с новой администрацией отелей и пансионатов, по закону принадлежавших их прежним, греко-кипрским хозяевам. Со временем приток туристов, опять же главным образом из Турции и некоторых арабских государств, несколько увеличился, что содействовало определенному экономическому возрождению Фамагусты. Начали активнее осваиваться старые промышленные предприятия, создаваться — при активном участии турецкого капитала — новые компании и фирмы. Однако в полной мере экономический потенциал Фамагусты за долгие годы восстановлен так и не был.

К югу от Фамагусты лежит знаменитая на весь Кипр долина Ветряков. Она получила название благодаря многим сотням небольших ветряных мельниц, подающих воду из артезианских скважин на апельсиновые плантации и поля картофеля. Побережье залива Фамагуста на юг, до мыса Греко, и от него на запад, к Ларнаке, изобилует живописными пляжами. Наиболее популярным из них является курортный поселок Айя-Напа. Возле Фамагусты лежат столь редкие на Кипре озера. Одно из них носит название Паралимни, другое — Пресное. Здесь же расположены два крупных водохранилища — Куклия и Агиос Николаос.

Несомненной достопримечательностью Фамагусты является ее единственный на всем острове... паровоз. Он покоится в тупичке неподалеку от Вароши за невысокой оградой. Это своеобразный памятник безнадежно проигравшему в конкурентной схватке с автомобилем железнодорожному транспорту. Кипрская железная дорога просуществовала с 21 октября 1905 года, когда этот паровоз весом всего восемь тонн протащил первый поезд от Фамагусты до Никозии, до 31 декабря 1951 года. В тот день последний состав из трех вагонов возвратился из столицы в Фамагусту. Киприоты с теплым юмором вспоминают о своей железной дороге. Шутят, что в хорошую погоду и при попутном ветре ее небольшие составы, влекомые маленькими паровозами, «даже обгоняли пешеходов». Вспоминают, как за время путешествия в несколько десятков километров пассажиры успевали и выспаться, и поговорить, и несколько раз перекусить. Как бы там ни было, железная дорога вошла в жизнь киприотов. После прибытия в Фамагусту последнего поезда все оборудование железной дороги, ее подвижной состав и даже рельсы были проданы в Италию на металлический лом. И только маленький шестиосный ветеран, слегка подремонтированный, стал одним из памятников Фамагусты, вызывающим неизменную улыбку у самих киприотов и гостей острова.

 Между старыми и новыми кварталами столицы раскинулась площадь Элефтерии — Свободы
Между старыми и новыми кварталами столицы раскинулась площадь Элефтерии — Свободы

Если паровозик в Фамагусте заставляет оживать милые воспоминания, то некоторые другие «памятники» здешнего британского присутствия на острове выглядят совершенно по-иному и наводят на значительно менее приятные размышления. Речь идет о военных базах, навязанных Кипру во время предоставления ему независимости в 1959 году. Одна из этих баз — Декелия — расположена к юго-западу от Фамагусты, на дороге к Ларнаке.

Британские «суверенные» базы на Кипре... «Суверенные» (?!) военные базы иностранного государства на земле суверенного Кипра, проводящего политику неприсоединения! Два взаимоисключающих «суверенитета» — возможно ли это?

Кипрская действительность, к сожалению многих жителей острова, дает на этот вопрос утвердительный ответ. На земле острова созданы и действуют современные армейские и военно-воздушные базы, посты радиоэлектронной разведки и связи Великобритании, которыми все в большей степени пользуются и распоряжаются США и НАТО в целом.

Декелия, Акротири, Эпископи — так называются эти базы. Обширные участки земли на восточном и южном побережье острова, занимающие около трех процентов его территории, — все они являются собственностью Великобритании, находятся под исключительным контролем британской администрации. Здесь действуют свои законы, свои суды и полиция, свои церкви, свои правила движения, свои стадионы и клубы, свои площадки для гольфа и верховой езды, свои магазины, закрытые для киприотов. Даже свой, британский, стиль архитектуры, отраженный в многочисленных постройках на территории баз — от казарм до домиков под черепичными крышами для семей офицеров.

Картина почти идиллическая: уголок «туманного Альбиона» на теплом кипрском побережье. Однако идиллия кончается, когда высоко над головой, оставляя инверсионный шлейф, с ревом проносятся английские и американские самолеты, а в море напротив баз вдруг возникают приземистые, мышиного цвета силуэты военных кораблей «флота Ее величества». После природа к власти в Великобритании правительства консерваторов английская пресса, не стесняясь, писала о планах расширения баз, о наплыве янки на британские базы. И как это ни парадоксально, кипрское правительство не может контролировать прибытие на остров этих незваных гостей. Они прилетают на британских транспортных самолетах непосредственно на базы, куда не распространяется контроль ни кипрских иммиграционных властей, ни кипрской таможни.

Начавшись у долины Ветряков, почти до пригородов Ларнаки тянутся армейские бараки Декелии, ангары для военной техники, склады боеприпасов, огромные поля антенн, хранилища горючего. Британская военная полиция контролирует въезд и выезд с территории базы, проверяет некоторые из проходящих через нее машин. Эти проверки, однако, не мешают Декелии и другим британским базам оставаться, по свидетельству кипрской печати, еще и питательной средой для контрабандной торговли многими товарами, беспошлинно ввозимыми на базы и всплывающими на местном черном рынке...

Дальше на запад от Декелии, на побережье одноименного залива, раскинулась Ларнака. Это город-порт с быстро развивающимися промышленностью и торговлей, один из важных экономических центров на юге острова. Сейчас его население составляет свыше тридцати тысяч человек, главным образом в результате прибытия многочисленных беженцев с севера Кипра. Чтобы дать работу всем этим людям в Ларнаке, правительство способствовало созданию здесь мелких и средних предприятий, мастерских; большие средства были вложены в развитие и расширение ларнакского порта; неподалеку от города был создан крупный международный аэропорт. В пригороде Ларнаки раскинулась одна из крупнейших на острове промышленных зон, в которой в последние годы обосновалось немало предприятий и фирм не только с Кипра, но и филиалов крупных иностранных компаний. В городе ведется широкое жилищное строительство, возводятся новые административные здания, конторы банков и фирм. Если еще недавно Ларнака, по меткому выражению самих киприотов, напоминала потрепанного, утратившего былой лоск аристократа, знавшего лучшие времена, то теперь этот город скорее производит впечатление динамичного, уверенного в своих силах делового человека.

После закрытия на несколько лет Никозийского международного аэропорта, поврежденного в ходе военных действий 1974 года, Ларнака стала главными воздушными воротами Кипра. В кратчайшие сроки здесь были построены здания аэропорта, расширено лётное поле. Уже через несколько месяцев после начала работ по расширению аэродрома Ларнака принимала самолеты из многих стран мира. Одними из первых начали там садиться и взлетать машины «Аэрофлота». Из Ларнаки советские самолеты регулярно летают в Москву, другие советские города. На аэродроме совершают посадки, заправляются горючим наши самолеты, летающие и в некоторые африканские страны. То, что советские самолеты одними из первых стали приземляться на аэродроме Ларнака, способствовало возобновлению связей Кипра с внешним миром.

Сейчас ежедневно Ларнака принимает и отправляет самолеты десятков авиакомпаний из многих стран. Регулярные полеты в Европу, Азию, Африку и Америку совершают и самолеты кипрской национальной авиакомпании «Сайпрус эйрвейз». Когда-то эта компания начала существование с двумя английскими самолетами, взятыми в аренду. Ныне «Сайпрус эйрвейз» — одна из наиболее крупных авиакомпаний в Восточном Средиземноморье. Ее эмблемой стал стилизованный силуэт кипрского муфлона.

 Лавки мелких торговцев, мастерские ремесленников заполонили узкие улочки старых кварталов города
Лавки мелких торговцев, мастерские ремесленников заполонили узкие улочки старых кварталов города

Рядом с аэропортом сверкает на солнце гладкая поверхность ларнакского Соленого озера. На его западном берегу в окружении тополей, кипарисов, эвкалиптов и пальм, в живописном оазисе среди выжженной солнцем равнины, прячется от постороннего взора одна из мусульманских святынь. Это Текке (обитель) Умм Харам, или, как называют его турки-киприоты, Хала Султан Текке. В мусульманском мире ее считают третьей по рангу святыней после Мекки и святилища Мухаммеда в Медине. Как гласит легенда, приемная мать пророка Мухаммеда, носившая имя Умм Харам (по турецкой версии — Хала Султан), прибыла на Кипр вместе с первыми отрядами арабских завоевателей в 649 году. По традиции знатные арабские женщины сопровождали мужей и братьев в дальних походах, ухаживали за ранеными, вдохновляли «воинов Аллаха» на подвиги. Во время одной из битв в окрестностях Ларнаки, возле Соленого озера, Умм Харам упала с лошади и умерла. Ее похоронили на этом же месте в могиле, которую увенчала пятнадцатитонная глыба каменного метеорита, которую будто бы принесли ангелы со священной горы Синай. Позднее там построили мечеть, разбили чудесный сад с фонтанами. В Текке Умм Харам потянулись паломники. Вплоть до первой мировой войны турецкие военные корабли, проходившие мимо Ларнаки, приспускали флаги и давали орудийный салют святыне.

Ныне можно пройти в Текке Умм Харам через украшенные арабской вязью каменные ворота. Над ними высечены строки из Корана. За воротами располагается мечеть и просторный дом для паломников. Аккуратные дорожки прорезают запущенный сад. Когда дует ветер, обычную для этого места благоговейную тишину нарушает лишь сухой шорох метелок высоких пальм...

Не менее знаменито на Кипре и само ларнакское Соленое озеро. Его основное зеркало по периметру составляет около тринадцати километров. Рядом с главным озером лежат озерца поменьше. Обычно к концу июля озеро, пополняемое грунтовыми водами и зимними дождями, пересыхает. На его плоской, блестящей поверхности остается от пяти до десяти сантиметров соли. Эта соль многие века была одним из источников богатства Кипра. Ныне ее собирают в основном жители расположенной неподалеку деревни Арадипу. Труд сборщиков соли по-прежнему тяжел: под палящими лучами солнца они соскребают серые крупные кристаллы с высохшего дна озера. В плетеных корзинах, навьюченных на десятки мулов, соль везут к огромным буртам. Из них и берут соль для дальнейшей очистки и обработки. Сборщики спешат: надо управиться до того, как вновь пойдут дожди и вода смоет соль, вновь заполнив озеро. Ежегодно озеро дает до пятидесяти тысяч тонн соли, однако собирают ее сейчас гораздо меньше, и идет она в основном на покрытие внутренних нужд острова. (На Кипре есть и еще одно соленое озеро, в районе мыса Акротири, однако в него попадает морская вода, и для добычи пищевой соли оно не годится.)

Почти сразу за Соленым озером начинаются жилые кварталы Ларнаки. Несколько последних десятилетий этот город не играл заметной роли в жизни Кипра. В нем селились земледельцы, ремесленники, торговцы.

Однако вот уже несколько лет город быстро развивается, расширяет свои границы. Особенно заметно растут новые, современные предприятия, конторы банков и торговых компаний в районе нового Ларнакского морского порта. Он также значительно расширен и усовершенствован в последние годы, ныне длина его причалов составляет около девятисот метров. Сюда в основном заходят пассажирские суда средиземноморских линий, но велика роль порта и в грузовых перевозках. Вместе с Лимасолом Ларнака берет на себя основное бремя обслуживания внешней торговли острова. Частые гости в порту — советские пассажирские и грузовые суда.

Сразу после событий 1974 года суда иностранных компаний еще несколько месяцев избегали кипрские порты, объявленные зоной военных действий, поскольку международные страховые компании объявили, что не будут компенсировать возможный ущерб, нанесенный судам у побережья острова. Только советские пассажирские и грузовые теплоходы продолжали на Кипр регулярные рейсы. Они вывозили беженцев — женщин, детей и стариков, доставляли на остров необходимые товары: продовольствие, нефть, медикаменты и одежду. Советские моряки привели к берегам острова танкеры с мазутом. Это позволило продолжить работу кипрским теплоэлектростанциям, использовавшим тогда свои последние запасы. Мазут, доставленный двумя из тех танкеров, был безвозмездно передан Советским правительством понесшему огромные потери Кипру.

Неподалеку от города, на побережье залива Ларнака, находятся стальные емкости нефтехранилищ и нефтеперегонный завод. Здесь же расположена и одна из двух теплоэлектростанций, дающих энергию острову.

Ларнака стоит на месте одного из самых древних кипрских городов-государств — Китиона. В свое время Китион, именовавшийся в различных древних хрониках и описаниях также Читтим, Киттим, Китиум, был процветающим торговым центром на юге острова. Здесь родился выдающийся философ древности Зенон, основавший школу стоиков. Город даже являлся одно время главным опорным пунктом финикийцев. Однако после греко-персидских войн Китион постепенно потерял былое величие и несколько веков оставался малонаселенным и бедным городком. Богатство и влияние вернулись уже к Ларнаке только в XIV веке. Постепенно город превратился в основной порт острова, отодвинув на второй план Фамагусту. Во время турецкого владычества в Ларнаке размещались консульства иностранных государств, селились крупнейшие торговцы. Город и порт лидировали на южном побережье острова вплоть до конца первой мировой войны.

В Ларнаке сохранилось немало памятников старины, в основном древние церкви. Немалый интерес представляют и развалины турецкого форта, некогда защищавшего вход в Ларнакскую гавань. Только по сигналу орудий этого форта могли иностранные суда войти в гавань. Обычно для этого требовалось получить разрешение губернатора острова, жившего в Никозии. Судно ждало на якорной стоянке у входа в гавань, пока гонец доскачет до столицы и вернется назад с нужным распоряжением.

Новые нарядные городские кварталы не заслонили в Ларнаке старых, несущих на себе отпечаток минувших времен зданий. По-прежнему прекрасна городская набережная — прямая и широкая, обсаженная высокими, стройными пальмами — любимое место прогулок горожан и туристов. Многие дома, особенно в центре, у старой гавани, напоминают о том, что несколько веков Ларнака являлась главным торговым центром острова, его основным портом...

Еще дальше на запад, почти в самом центре южного побережья Кипра, на пологих берегах широкого залива Акротири лежит один из главных городов острова — Лимасол (по-гречески — Лемесос, по-турецки — Леимосун). Он уже давно спорит с Никозией за звание основного центра промышленного производства и торговли.

В Лимасоле более ста тысяч жителей. В самом городе и в окружающих его промышленных зонах сосредоточены сотни предприятий и фирм, принадлежащих кипрскому и иностранному капиталу. Вдоль подступающих с обеих сторон к городу прекрасных пляжей в последние годы выросли ультрасовременные башни и пирамиды отелей, рассчитанных на иностранных туристов. Два лимасольских порта — старый и новый — превратили его в главные морские ворота Кипра, центр внешней торговли, от которой в огромной степени зависит все хозяйство островной республики. Туризм, торговля, промышленность — как бы три лица Лимасола, три характерные черты одного города, составляющие его неповторимый облик. «Отнимите любое из трех, и Лимасол перестанет быть Лимасолом», — говорил димарх города Фотис Колакидес. Мы беседовали в просторном здании димархии, стоящем в деловом центре города. Речь шла о богатой истории Лимасола, о его сегодняшнем дне.

— Наш город особенно быстро начал развиваться с начала семидесятых годов, — рассказывал Ф. Колакидес. — Еще больший толчок этому развитию дали события 1974 года. Антиправительственный путч и иностранное вторжение привели к оккупации значительной части территории острова, к потере крупнейшего порта — Фамагусты. Серьезный удар был нанесен туристской индустрии, одной из наиболее динамичных отраслей экономики Кипра. Лимасол внес немалый вклад в оживление хозяйства республики. Был расширен новый лимасольский порт, строительство которого началось еще до событий 1974 года. В городе обосновались десятки компаний и фирм с севера острова. Быстрее пошло развитие торговли и промышленности, стали строиться новые дома, отели. Более трети населения города, почти сорок тысяч человек — это беженцы с Севера, которые нашли здесь не только приют, но и работу.

Продавец фруктов
Продавец фруктов

Ускоренное развитие города продолжалось и после восстановления кипрской экономики. Это особенно видно на установленном в кабинете мэра макете. На нем показаны планы реконструкции делового центра Лимасола, его набережной, проекты расширения порта. В нескольких альбомах собраны фотографии, рассказывающие о сегодняшней жизни города. Они свидетельствуют и о том, что Лимасол традиционно является важным культурным центром Кипра. Этот город первым на острове в 1920 году получил свою ежедневную газету, здесь родились многие замечательные художники, писатели, артисты. В городе проводятся традиционные фестивали искусств с участием артистов из многих стран мира, в том числе и из СССР.

— Говоря о вашей стране, я не могу не выразить чувства глубокой признательности, которые испытывают все киприоты за последовательную помощь и поддержку их борьбы со стороны Советского Союза, — сказал димарх Ф. Колакидес. — Мы надеемся на вашу помощь в выполнении резолюций ООН по Кипру, требующих восстановления независимости и суверенитета республики, ее единства, вывода с острова иностранных войск. Именно в этом суть кипрской проблемы, а не в «споре между двумя общинами», как это пытаются иногда изобразить. Если убрать с Кипра иностранных солдат, греки и турки острова очень быстро смогут урегулировать все свои проблемы. В Лимасоле греки и турки жили вместе сотни лет и научились добрососедству.

В правоте слов димарха довелось убедиться, поговорив с немногими турками-киприотами, оставшимися жить в городе даже после того, как администрация турецкой общины настояла на переезде десятков тысяч турок-киприотов на контролируемый ею Север острова.

В турецкой части города, где над узкими, кривыми улицами поднимаются мечети, сложенные из прокаленного солнцем известняка, мы зашли в небольшую кофейню. Ребята из кипрской прогрессивной молодежной организации ЭДОН познакомили меня с пожилым темноволосым мужчиной. Турок-киприот, он родился и вырос в Лимасоле, здесь прожил большую часть своей жизни и наотрез отказался уехать отсюда, когда в 1975 году их стали переправлять на Север.

— Здесь был построен и сейчас стоит мой дом, здесь почти вся моя семья, здесь моя работа. Среди греков у меня никогда не было врагов, и я не вижу причины бросать все это лишь потому, что кто-то хочет разделить нашу страну, — говорил мой собеседник. — Я думаю, что те, кто хочет раздела, являются врагами и греков и турок. Так же думали и мои соседи, которым пришлось уехать. Но их запугали, заставили бросить родные дома. Страх тоже наш враг. У меня на Севере есть родственники, так что не называйте моего имени. Но то, что я сказал, чувствуют многие турки. Многие уехавшие отсюда поняли, что их обманули.

Вокруг нас сидели люди. Мелкими глотками потягивали густой горячий кофе. Согласно кивали головами. Иногда кто-нибудь вставлял свое слово. Среди них были и турки и греки Кипра. И я не поручусь, что смог бы безошибочно определить на взгляд, кто из них турок, а кто — грек...

Здесь же, в турецких кварталах Лимасола, прилегающих к гавани старого порта, сохранилось несколько памятников древней истории города. Самый впечатляющий из них — стены и бастионы воздвигнутой еще во времена крестовых походов крепости. Она несколько раз разрушалась вторгавшимися на остров армиями и отстраивалась вновь. Как и повсюду на Кипре при строительстве крепостей и военных укреплений, основной вклад в расширение лимасольской крепости внесли в XIV веке венецианские властители острова. Однако толстые стены и сторожевые башни не смогли противостоять турецким завоевателям. В 1570 году лимасольская крепость стала первым укрепленным пунктом венецианцев, захваченным турками, высадившимися на Кипре. Сейчас в старой крепости помещается музей, располагающий богатой коллекцией археологических находок, сделанных в Лимасоле и окружающих его районах. Коллекция наглядно свидетельствует о древней и полной драматических событий истории города.

Как полагают, Лимасол расположился на месте существовавшего здесь еще до нашей эры города Немесос. Большой известности Немесос не приобрел и не оказал заметного воздействия на историю Кипра, ибо поблизости находились два значительно более крупных и влиятельных древних города — Аматос и Курион. Однако когда могущественные соседи стали терять свое величие и власть после многочисленных войн, пожаров, нашествий и стихийных бедствий, обрушившихся на них, Немесос, называвшийся к тому времени уже Новый Лимасол, стал бурно развиваться. Как и многие другие прибрежные города, он не раз становился жертвой налетов иностранных флотов и просто пиратов. В 1414 и 1426 годах город пережил наиболее жестокие из этих набегов. Он был разграблен высадившимися на здешних берегах мамлюками. В период турецкого владычества особо примечательных событий в истории Лимасола не происходило. Город оставался одним из провинциальных центров Кипра.

К концу XIX века Лимасол в основном утвердился среди других кипрских городов как важный центр морской торговли, хотя в этом он еще уступал Фамагусте. Главным богатством города долго была продукция сельского хозяйства, в изобилии производившаяся на прилегавших к Лимасолу землях. Город стал признанным центром виноделия, в нем самом и в пригородах выросли консервные предприятия, заводы прохладительных напитков, фруктовых соков.

По архитектурному облику Лимасол относится, пожалуй, к самым молодым и современным кипрским городам. За исключением старой крепости, нескольких церквей да кривых улочек турецких кварталов, здания его центра возведены в конце прошлого — начале нынешнего века. Просторные, современные кварталы окраин застроены в последние десятилетия. Это сказалось как на облике города, так и на его планировке. Лимасол вытянут вдоль побережья залива.

Город славится муниципальной библиотекой, в которой собрана обширная коллекция книг либо написанных самими киприотами, либо повествующих о Кипре; хранятся подшивки здешних газет (Первая кипрская газета вышла в свет в 1878 году в Ларнаке. Она печаталась каждую неделю на английском и греческом языках и называлась «Кипрос». Сейчас на Кипре ежедневно издается более десяти газет и около двадцати еженедельников, а также множество других периодических изданий). И самих киприотов, и тысячи туристов привлекают в Лимасол традиционные красочные фестивали. В феврале или марте здесь проходит яркий карнавал. В шествие по улицам города включаются тысячи людей в национальных костюмах, масках, нарядах древних героев и современных «звезд» искусства или политики. На специальных платформах везут огромные фигуры из фанеры и папье-маше. Столь же впечатляюще проходит и международный фестиваль цветов в мае.

Однако наиболее популярным и веселым является сентябрьский праздник вина, длящийся несколько дней. Кроме праздничных шествий и дегустации знаменитых кипрских вин на фестивале проводятся соревнования певцов и танцоров, проходят театральные представления. Владельцы таверн и ресторанов на открытом воздухе расставляют свои столы и за весьма умеренную плату предлагают традиционные кипрские закуски. История праздника вина уходит корнями в древние времена, к культу бога Диониса, покровителя крестьян, в первую очередь виноделов. Этот праздник так же почитаем на Кипре, как и само искусство кипрских виноделов, принесшее немалую славу острову. Традиционным центром производства вина, коньяка и спирта, а также всех остальных напитков является на Кипре Лимасол.

Здесь же, в Лимасоле, проходит и главный нерв внешней торговли Кипра, от которой зависит все хозяйство островной республики. В последние годы кипрский морской флот пополнился многими современными судами. Они осуществляют регулярные грузовые и пассажирские перевозки между портами острова и Грецией, а также многими другими странами Средиземноморья. Кипрские суда — нередкие гости и в портах других континентов. Под флагом Республики Кипр бороздят моря более тысячи торговых и пассажирских судов. Для небольшого Кипра это совсем немало. Однако для организации всех перевозок их явно недостаточно, и поэтому ежедневно на Кипр прибывают суда из многих зарубежных стран. Примерно три из каждых четырех судов швартуются в новом и старом лимасольских портах, длина причалов которых в общей сложности приближается к полутора километрам.

С управляющим новым Лимасольским портом Иоаннисом Зигисом, крепким, моложавым человеком с открытым лицом, мы как-то обошли портовое хозяйство. У причальной стенки теснились суда из Панамы, Греции, ФРГ, Ливана. Сновали грузчики. Машины везли к лебедкам ящики с кипрскими грейпфрутами. На одной из площадок автокраны разбирали штабеля леса, недавно пришедшего в порт из СССР. Такие же золотистые доски потом не раз довелось увидеть по всему Кипру в кузовах встречных грузовиков, на строительных площадках, в мастерских плотников.

— Суда из СССР — частые гости в нашем порту, — рассказывал И. Зигис. — Каждый год их приходит больше сотни. В Лимасол в основном заходят советские грузовые теплоходы, но навещают нас и пассажирские, круизные суда. Сюда доставляют советский лес, машины, металл. Мы заинтересованы в развитии торговли между нашими странами. Порт вносит заметный вклад в экономику и города, и всей страны. С ним непосредственно связаны более двух тысяч рабочих и служащих — от лоцманов до таможенников, от судовладельцев до грузчиков. Сейчас порт растет. Расширяются причалы, построен новый элеватор, оборудуются склады для контейнеров.

В промышленной зоне Лимасола, в его новом порту, на больших и малых предприятиях, сконцентрирована значительная часть кипрского рабочего класса. Здесь массовой поддержкой пользуются демократические силы. В этом городе особенно явственно чувствуются живые традиции борьбы за национальную независимость, за социальный прогресс. В Лимасоле зародилось и окрепло кипрское рабочее движение, здесь впервые на острове были созданы марксистские организации.

 Издавна славится искусство кипрских гончаров. И до сих пор удобные и добротные изделия здешних умельцев широко используются в быту, популярны как сувениры
Издавна славится искусство кипрских гончаров. И до сих пор удобные и добротные изделия здешних умельцев широко используются в быту, популярны как сувениры

— Наш город стал колыбелью левого движения, именно здесь находятся корни Коммунистической партии Кипра и наследницы ее борьбы — Прогрессивной партии трудового народа Кипра (АКЭЛ). В Лимасоле состоялся учредительный съезд АКЭЛ, долгое время помещался Центральный Комитет партии. Начала выходить ее первая газета — «Неос антропос» («Новый человек»), — говорил в беседе тогдашний секретарь Лимасольского окружного комитета партии, член Политбюро ЦК АКЭЛ Кириакос Христу. — Лимасольский пролетариат, трудящиеся массы и сейчас идут в авангарде прогрессивных сил. На выборах в парламент за кандидатов АКЭЛ голосует здесь обычно самый высокий процент избирателей по сравнению с другими районами острова.

Во время нашей встречи мэр города Ф. Колакидес то ли в шутку, то ли всерьез заметил: «С Лимасола началось на Кипре и все самое хорошее, и все самое плохое». Своеобразным доказательством этого можно считать тот факт, что трудовой Лимасол, ставший родиной кипрского рабочего и демократического движения, одновременно долгие годы являлся и центром подрывной деятельности правых сил. Здесь вынашивали свои преступные планы террористы из подпольной организации ЭОКА, подмявшей вместе с греческими офицерами антиправительственный мятеж на острове. Здесь, кстати, находится и могила главаря ЭОКА, греческого генерала Гриваса, ставшая своеобразным местом паломничества реакционеров.

...Как и другие кипрские города, Лимасол рано встает и рано засыпает. С первыми лучами солнца крестьяне выходят на окружающие город поля. Оживают промышленные предприятия. В двух портах города начинается новый, полный забот трудовой день. Визг пил, стук и скрежет металла доносятся из многочисленных мастерских. У ворот винодельческих заводов, если пришла пора урожая, с утра выстраиваются очереди грузовиков с еще покрытым росой виноградом. Открываются конторы и банки. Вечером, когда ранние сумерки соединяют небо и море, а звезды не отличишь от огней стоящих на рейде судов, Лимасол быстро пустеет. Лишь кое-где светящиеся за шторами экраны телевизоров говорят о том, что жители города еще не заснули. И только на просторной набережной бродит яркая разноязычная толпа туристов...

Почти у самого западного края южного побережья острова, там, где покрытые скудной растительностью холмы чередой сбегают к белой полосе прибоя, становясь все ниже и покатей, лежит у моря старинный кипрский город Пафос. Сейчас в нем живет немногим более двенадцати тысяч человек. Город состоит из двух почти сросшихся, но непохожих одна на другую частей. Одна расположена на каменистом плато в нескольких километрах от моря и часто именуется Ктима. Вторая часть города лежит у побережья и носит название Като Пафос либо Неа Пафос (Нижний Пафос или Новый Пафос).

Как считают кипрские ученые, Новый Пафос начал создаваться в конце IV века до н. э. на месте поселка, лежавшего на берегу небольшой бухты. Город был обнесен каменной стеной и постепенно приобрел значительные известность и влияние среди других кипрских городов-государств. После перехода острова под контроль Птолемеев (294—58 гг. до н. э.) Новый Пафос превратился в административный центр Кипра. Он был столицей и при правлении римлян, которые построили здесь несколько великолепных зданий. Однако после серии землетрясений, почти полностью разрушивших Пафос в IV веке н. э., город уже не смог восстановить свое былое величие. Столица Кипра вновь переместилась тогда в Саламис, на восточное побережье острова. Постепенно Пафос превратился в малозначительный и слабонаселенный провинциальный город, стоящий в окружении великолепных развалин, напоминающих о славном прошлом. Многие жители в поисках работы отправлялись в другие места Кипра.

В наши дни Пафос предстает крупным центром сельскохозяйственного округа. Его главное богатство — виноград, хлопок, овощи, цитрусовые. Практически все кипрские бананы — около десяти тысяч тонн ежегодно — также выращиваются здесь. Развитию сельского хозяйства способствует теплый и мягкий климат округа, плодородные земли, обилие, сравнительно с другими районами Кипра, влаги. Неподалеку от Пафоса расположено крупнейшее на острове искусственное водохранилище, позволяющее орошать более пяти тысяч гектаров здешних земель.

— Не забывайте, что главный вклад в нынешнее процветание округа внесен нелегким трудом пафосских крестьян, — говорил мне Янис Софоклис, бывший тогда секретарем окружного комитета Прогрессивной партии трудового народа Кипра, членом Политбюро ЦК АКЭЛ. — В нашем округе активнее, чем в других местах, взялись за перераспределение земель, за объединение разрозненных участков, часто принадлежащих одному хозяину, но далеко отстоящих друг от друга. Огромную работу пришлось проделать здешним активистам Союза кипрских крестьян (ЭКА), нашей партии. Зато результаты ее видны теперь всем. Пафос перестал быть одним из беднейших кипрских округов.

— Мы уверены и в том, — с улыбкой продолжал Янис, — что успехи пафосцев во многом объясняются тем, что они всегда были большими патриотами своего города и округа. Даже уезжая в другие города, прежде всего в соседний Лимасол, где почти каждый четвертый — выходец из нашего округа, они продолжали считать себя пафосцами и не рвали связей с родиной.

Сейчас многие покинувшие эти места в трудные времена возвращаются назад.

В Пафосе, традиционно крестьянском округе, сильны позиции АКЭЛ, ЭКА, других прогрессивных партий и организаций. Немалый вклад жители округа внесли в освободительную борьбу Кипра. Первый президент островной республики — архиепископ Макариос также был родом из этих мест. Сюда, к своим верным соратникам, перебрался архиепископ во время антиправительственного путча 1974 года и из Пафоса по радио обратился к киприотам с призывом дать отпор путчистам.

В Пафосе высоко оценивают политику СССР в кипрской проблеме, неизменную поддержку нашей страной борьбы киприотов за независимость, суверенитет и территориальную целостность их родины.

Сейчас городские кварталы Пафоса представляют собой характерную и для других кипрских городов смесь старых, возведенных еще в прошлом столетии домов с современными строениями. Особенно выделяются среди них модернистские силуэты крупных отелей, выстроенных у побережья. В последние годы Пафос бурно развивался и как туристский центр, и ныне его отели способны одновременно принять несколько тысяч гостей. Создание в пригороде Пафоса Нового международного аэропорта также содействовало увеличению потока туристов. Официальное открытие Пафосского аэропорта состоялось 10 декабря 1983 года. Это стало одним из наиболее значительных достижений в восстановлении кипрской экономики, развитии транспорта и связи. Взлетно-посадочная полоса нового аэропорта способна принимать крупные современные самолеты и имеет длину 2,7 километра при ширине 45 метров. На просторной стоянке одновременно могут разместиться четыре современных авиалайнера.

 На овощной базар съезжаются в город крестьяне окрестных деревень
На овощной базар съезжаются в город крестьяне окрестных деревень

Есть в облике Пафоса и свои неповторимые черты. Прежде всего это исключительное даже для Кипра обилие исторических памятников, расположенных в самом городе. Это и могилы кипрских королей в Ктиме, вырубленные в мягком камне невысоких холмов, и величественные развалины римской виллы в районе Нижнего Пафоса с великолепной мозаикой, и выстроенная по приказу турецкого губернатора Кипра Ахмеда-паши кубоподобная цитадель в Пафосском порту. Всего не перечислишь.

На территории Пафоса уже сделано немало выдающихся археологических находок, украшающих музеи многих стран. И это несмотря на то, что могилы королей и другие древние памятники Пафоса не раз разграблялись захватчиками острова да и современными «охотниками за сокровищами».

К сожалению, у самих киприотов не всегда хватает возможностей и средств для проведения дорогостоящих и обширных раскопок. Часто за это берутся иностранные экспедиции. Но и они до конца еще не исследовали даже самые известные и выдающиеся районы старого Пафоса и его окрестностей.

Наиболее значительное археологическое открытие, сделанное в Пафосе, относится к совсем недавнему прошлому. В 1966 году экспедиция польских археологов, которая вела раскопки рядом с Пафосским портом, наткнулась на удивительной красоты мозаику, выложенную из кусочков разноцветного мрамора, камня и стекла. Продолжив раскопки, ученые обнаружили остатки фундамента огромного здания. Им открылись анфилады просторных комнат, пол которых был искусно украшен мозаичными рисунками, бани, дворы, некогда окруженные рядами колонн, остатки мраморных статуй. Когда стали видны окончательные размеры здания, вероятнее всего разрушенного землетрясением, археологи выдвинули гипотезу, что именно здесь помещался дворец римских проконсулов, правивших Кипром до конца IV века н. э.

По узким деревянным настилам и мосткам, проложенным над полом римского дворца, можно пройти из «комнаты» в «комнату», любуясь прекрасными творениями мастеров отшумевших веков. Поражает дошедшая до наших дней красота и яркость мозаики, восстановление которой продолжается кипрскими учеными. Сюжеты мозаики чаще всего взяты из греческих мифов и легенд, из кипрского эпоса. Особенную известность приобрела найденная во дворце мозаика, изображающая сцену схватки Тесея с Минотавром.

Прекрасные мозаичные картины можно увидеть сейчас и в раскопанной неподалеку от пафосского маяка «вилле Диониса». Такое название вилла, бывшая, по всей вероятности, домом богатых римлян, получила благодаря найденным в ней мозаикам, изображавшим сцены из жизни греческого бога Диониса. Эта вилла была случайно обнаружена кипрским крестьянином в 1962 году, когда тот готовил свое поле для посева...

Не менее богаты исторические памятники и в окрестностях Пафоса. Среди них выделяются развалины Палеа Пафоса (Старого Пафоса). Некогда там существовало главное «святилище Афродиты». Здесь проходили ежегодные празднества, посвященные богине любви, на которые стекались верующие со всего острова и даже из других стран. С древнейших времен Афродита почитаема на всем острове, ее считают покровительницей Кипра. Как гласят греческие легенды и мифы, как писали древние историки и поэты, именно здесь, на Кипре, неподалеку от Пафоса, вышла Афродита на берег морской. Здесь, на зелено-золотом острове, любила она проводить время, покинув греческий Олимп. Культ богини Афродиты так глубоко укоренился на Кипре, что связанные с нею легенды тесно переплелись с местным кипрским эпосом, вошли в народные поверья, окутали саму историю острова чудесной дымкой.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

Задаетесь вопросом, где купить обои? Например, на сайте http://oboi-new.ru.




Инициация через самоистязание: Жуткий средневековый пережиток, практикуемый в XXI веке

Последние из тхару: загадочные татуировки у женщин вымирающего племени в Непале

Афганская традиция «бача пош»: пусть дочь будет сыном




© Злыгостев А. С., 2001-2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://geography.su/ 'Geography.su: Страны и народы мира'

Рейтинг@Mail.ru Ramblers Top100