НОВОСТИ  АТЛАС  СТРАНЫ  ГОРОДА  ДЕМОГРАФИЯ  КНИГИ  ССЫЛКИ  КАРТА САЙТА  О НАС




предыдущая главасодержаниеследующая глава

5. На пути в XXI век

До недавнего прошлого Иордания была слаборазвитой аграрно-скотоводческой страной с многочисленными пережитками докапиталистических отношений. Четырехвековое турецкое господство и английский мандат сильно тормозили развитие производительных сил, формирование внутреннего рынка препятствовало укреплению хозяйственных связей между различными районами страны. Промышленность еще по существу не выделилась из ремесленного производства и находилась в зачаточном состоянии, аграрный сектор представляли преимущественно малопродуктивные мелкотоварные хозяйства в земледелии и натуральный уклад в районах обитания кочевых племен.

Некоторый импульс экономика получила лишь в годы второй мировой войны. Английская администрация в то время была вынуждена укреплять тыловую базу своих войск, находившихся на ближневосточном театре военных действий и нуждавшихся в снабжении. Это обстоятельство заставило английские мандатные власти обратить внимание на Иорданию как на реальный, при некоторых затратах, источник поступления необходимых запасов, который мог бы компенсировать дефицит поставок из метрополии. В связи с этим в годы войны в стране наметился рост сельскохозяйственного производства, увеличивалось число мелких предприятий, стала складываться инфраструктура. Процесс экономического развития продолжился и после войны. Однако в течение довольно длительного времени он протекал вяло и не сопровождался качественными сдвигами. Промышленность развивалась преимущественно однобоко: имелись только предприятия кустарного типа, главным образом пищевой и текстильной отраслей, которые испытывали сильнейшую конкуренцию со стороны товаров, ввозимых из западных стран. Даже в 1960 г. иорданская промышленность создавала всего 10% национального дохода, а ее база формировалась в основном из кустарных и ремесленных предприятий при крайне незначительных объемах фабрично-заводского производства и полном отсутствии тяжелой индустрии.

На начало 60-х годов в стране имелось около 7 тыс. промышленных предприятий с числом рабочих от пяти человек и более, на которых насчитывалось всего около 25 тыс. занятых. Было большое количество мелких мастерских с числом работающих менее пяти. Здесь выпускали различные поделки, предметы домашнего обихода, сувениры из кожи и т. п. Значительная часть такого рода заведений занималась обработкой цветных металлов, выпуском гвоздей, изоляторов, сборкой аккумуляторов, сварочными работами и т. п. Подобные мастерские, выполнявшие несложные работы, располагались в каждом населенном пункте. Из-за разбросанности предприятий, разобщенности занятых на них рабочих нарождавшийся иорданский пролетариат растворялся в общей массе трудящегося населения, его консолидация затруднялась.

Однако уже с начала 50-х годов в Иордании создается база для крупного промышленного производства и соответственно для формирования кадрового пролетариата. В 1954 г. начал выпускать продукцию построенный под Амманом цементный завод, на котором было занято более 250 рабочих. На протяжении последующего десятилетия в стране были пущены нефтеперерабатывающий завод в Эз-Зарке с числом рабочих до 500 человек, крупный завод по производству оливкового масла с сотней рабочих, сахарный завод в Акабе и некоторые другие сравнительно крупные предприятия. Относительное развитие еще в предшествовавший период (в 20-30-е годы) получила табачная промышленность, в которой было занято более 1,5 тыс. рабочих.

Тем не менее к середине 60-х годов местная промышленность еще не миновала стадии перехода от кустарной к фабрично-заводской. Даже относительно развитые в то время отрасли промышленности отличались сильной раздробленностью производства, носили кустарный характер. Например, деревообрабатывающая и мебельная отрасль была представлена 163 предприятиями с числом занятых чуть более 1,3 тыс. человек, промышленность строительных материалов располагала 53 каменоломнями и мелкими цехами, выпускавшими кирпич и черепицу. Около 1 тыс. дубильно-кожевенных мастерских обслуживались 2,5 тыс. кустарей и наемных рабочих. Такая же картина была в спирто-водочной, маслобойной, текстильной, мыловаренной и других отраслях производства. А ведь именно они в силу своего преобладания определяли тогда характер иорданской национальной промышленности.

Промышленный облик Иордании был бы неполным, если не отметить добывающую индустрию, развитие которой стало набирать силу именно в описываемый период. В 30-50-е годы в среднем добывалось не более 57 тыс. т фосфоритов, тогда как в 1962 г. объем производства достиг уже 400 тыс. т. Наряду с разработкой фосфоритов упор делался на добычу калийных солей, которые, однако, поступали в значительно меньших размерах из-за разрушения производственных мощностей на Мертвом море в результате арабо-израильской войны 1948 г. Помимо этих природных ископаемых разрабатывались сырье для цемента, известняк, месторождения гипса и особенно местного мрамора, который считается одним из лучших в мире по структуре, глубине цвета и другим качествам.

Оросительный канал Восточный Гор
Оросительный канал Восточный Гор

Слабое развитие промышленности сочеталось с отсталостью сельского хозяйства, которое, правда, выступало как ведущая отрасль экономики по числу занятых (80-85% населения), по доле в формировании национального дохода (до 70%), а также по стоимости экспорта (около 50%). До 60-х годов сельское хозяйство Иордании заметно отставало от других стран региона по зрелости социально-экономических отношений, масштабам проникновения в деревню капиталистических форм хозяйствования, усвоению новых агротехнических методов. Конечно, ограниченность естественных ресурсов - нехватка воды и пригодных к обработке земель, засушливый климат и т. п. - сдерживала развитие аграрного сектора. Но еще во времена Римской империи на территории современной Иордании существовала развитая сеть оросительных сооружений, остатки которых сохранились и поныне. Восстановление только половины действовавшей в древности системы позволило бы оросить обширные земельные угодья, достаточные для расселения на них до 100 тыс. человек.

Корни неразвитости основных сфер хозяйственной деятельности следует, видимо, искать не только в природных, но и в социально-исторических условиях становления Иордании. В течение столетий она была одним из наиболее отсталых районов, далекой окраиной Порты, а в более позднее время - Англии. Страна имела преимущественно военно-стратегическое значение и в силу этого служила для метрополий скорее форпостом, чем житницей. Удаленность Иордании от центров политической жизни, потеря ею былой роли, относившейся к эпохе хозяйственного расцвета, канувшей в Лету, упадок экономического потенциала обрекали страну и ее народ на унылое существование на задворках сначала феодальной, а впоследствии и капиталистической цивилизации.

Меры, которые предпринимались завоевателями для оживления экономической деятельности в стране, например распространение на ее территории в период господства Порты действия османского земельного кодекса, а позже и ряд попыток по улучшению сельскохозяйственной ситуации, предпринятые под влиянием внешних причин Англией, не сыграли решающей роли. Однако они в значительной мере содействовали перестройке системы землевладения и землепользования, расчищали путь частной собственности на землю, укрепляли институт государственной земельной собственности и в конечном счете создавали предпосылки для более активной эксплуатации страны. (Следует упомянуть, что реализация основных положений земельного законодательства затянулась чуть ли не до конца османского правления; модернизация аграрного строя осуществлялась крайне медленно, общинная форма землевладения оказалась чрезвычайно устойчивой, а меры, направленные на ее преодоление, малоэффективными.)

Сменившие турецких колониальных властителей англичане не утруждали себя пересмотром правовых основ земельного законодательства. Мандатные власти лишь использовали для своей выгоды положения кодекса о верховном (прямом или косвенном) праве государства на большую часть земель страны, подкрепив их рядом документов, подтверждавших полномочия администрации на экспроприацию земель для "общественных" нужд. В особых случаях земли могли отторгаться британскими властями произвольно, даже если законом такие изъятия не предусматривались. Англичане проявили огромное упорство в стремлении сломать общинные институты Иордании и соответственно систему общинного землевладения. Однако экспроприация земель этой категории наталкивалась на противодействие целых коллективов владельцев, а не отдельных собственников и была чревата нежелательными осложнениями из-за массового недовольства сельского населения.

Чтобы укрепить свое экономическое и военное присутствие в Иордании, англичане создавали целую сеть соответствующих объектов - строили военные городки и склады, развертывали госпитали и пункты управления, прокладывали дороги, тянули нефтепроводы. Для этого требовались земли, в том числе плодородные, в стратегически важных районах страны, которые их в первую очередь интересовали. Именно поэтому мандатные власти мало считались с интересами коренного населения, систематическое ущемление прав которого осуществлялось со ссылками на нужды военного времени. Больше всего страдала от этого бедняцкая масса. Крупным земельным собственникам, владельцам лучших земель, пастбищ и водных источников, ставшим опорой британской администрации, потери компенсировались.

Положение в иорданской деревне определялось крайне низким уровнем развития производительных сил и производственных отношений. Патриархальное скотоводство и примитивное земледелие создавали почву для укоренения многочисленных докапиталистических форм хозяйства и превращали деревню в аморфный экономический организм. Однако здесь уже отчетливо наблюдалось социальное неравенство. В период между двумя мировыми войнами процессы имущественного расслоения и соответственно социально-классовой дифференциации довольно глубоко проникли в сельское общество и продолжали усиливаться в послевоенные годы.

Это видно хотя бы по масштабам концентрации земли у разных социальных групп сельского населения. По данным аграрной переписи начала 50-х годов, менее 10% сельских жителей представляли собой крупных земельных собственников и кулаков, а 77% - мелких и мельчайших землевладельцев.

Огромным социальным злом было безземелие. Почти половина иорданских крестьян перебивалась арендой карликовых наделов, работала по найму батраками, поденщиками.

Преобладавшая форма аренды - издольщина - тяжким бременем ложилась на плечи трудового крестьянства. Простые феллахи-арендаторы должны были немалую толику выращенного в тяжких условиях урожая отдавать хозяину земли. А за ним еще стоял владелец источника воды, который ждал своей доли. В Иордании, впрочем, как и во многих других арабских странах, собственность на землю и воду часто бывала раздельной, и оба владельца претендовали на львиную долю выращенного арендатором урожая. Но совсем плохо приходилось арендатору, если он попадал в зависимость к ростовщику - настоящему бичу иорданской деревни. Паразитируя на крестьянском хозяйстве, ростовщики часто забирали у своих должников в качестве процентов по ссудам и за долги чуть ли не весь урожай. Это подрывало и без того слабую воспроизводственную базу мелкокрестьянского сектора, в котором главным орудием труда были деревянная соха, ручной плуг и тому подобный примитивный инвентарь.

Начало 60-х годов - своего рода рубеж в формировании современного экономического потенциала страны. Именно с этого времени в его развитии наметились новые тенденции. Задачи экономического подъема, необходимость приведения в соответствие возможностей государства и поставленных целей в экономике, диктовали иные пути в проведении хозяйственной политики. Впервые в экономическую деятельность внедрялись плановые начала, что стало свидетельством более углубленного подхода к проблемам экономического развития.

Первый национальный пятилетний план был разработан на период с 1962 по 1967 г. Из-за отсутствия опыта в области планирования и нехватки обобщающих данных о состоянии экономики страны он сводился в основном к определению направлений в размещении государственных инвестиций, практически не выдвинув оформленной стратегии развития и программы создания проектов общенационального значения. Важнейшая задача плана состояла в том, чтобы обеспечить соответствие между предполагавшимися ассигнованиями на развитие и источниками их финансирования. Спустя короткое время этот план был пересмотрен в связи с несоответствием заданий ожидавшимся поступлениям по линии помощи в поддержку бюджета извне. В результате появился новый, уже семилетний план, наметивший более реальные задачи по некоторым наиболее важным позициям на грядущий период. Предполагалось, что среднегодовые темпы прироста валового национального продукта составят 6,1% (в отличие от 8% по предшествовавшему плану). Хотя темпы роста всех секторов экономики не указывались, все же можно было судить о том, что горнодобывающая промышленность, туризм и строительство должны были развиваться на ускоренной основе.

Но и этот план не был выполнен полностью. Помешало главным образом серьезное обострение обстановки на Ближнем Востоке, связанное с агрессией Израиля против арабских стран в 1967 г. и последовавшим ухудшением экономического положения Иордании из-за аннексии Западного берега реки Иордан. Ведь оккупированные районы производили около 38% валового национального продукта: они славились своими плодородными почвами и благоприятным климатом, что позволяло выращивать здесь 65% национального сбора овощей, свыше 60% фруктов, 80% маслин, около 30% зерновых. Более того, на этой территории сосредоточивались все производство калийных солей и около 48% промышленных предприятий. Вышеперечисленные потери были усугублены тяжелыми событиями 1970 г., когда на территории страны начались военные столкновения с палестинскими формированиями. В результате создалась чрезвычайно сложная ситуация в национальной экономике, породившая целый ряд хозяйственных неурядиц, которые остро ощущались на протяжении нескольких последующих лет.

В плодородной долине р. Иордан
В плодородной долине р. Иордан

С учетом изменившихся обстоятельств был разработан трехлетний план на период 1973-1975 гг., который должен был стать переходным от обстановки послевоенного хаоса к стабильной политике в области экономического развития. Планом предусматривалось довести среднегодовые темпы прироста ВВП до уровня 8%; ускорить развитие горнодобывающей и обрабатывающей промышленности, электро- и водоснабжения, а также строительства; вовлечь в хозяйство дополнительные финансовые средства; повысить эффективность имеющихся производственных мощностей и мобилизовать все ранее неиспользованные резервы.

Опыт первых полутора десятков лет планирования экономической деятельности в Иордании показывает, что плановые органы страны - Иорданское бюро развития, а затем сменивший его Национальный плановый совет - оказались не в состоянии подготовить экономические программы, стабильно действующие в течение всего планового периода, из-за неспособности или невозможности учесть все многообразие часто непредсказуемых факторов, определявших характер и тенденции развития национального хозяйства даже на близкую перспективу.

Уже известная судьба первых двух планов постигла и эту, третью экономическую программу. В ее осуществление внесли свои коррективы явления, получившие глобальный резонанс и совпавшие с периодом осуществления этого плана. Речь идет об арабо-израильской войне 1973 г., которая дала толчок развитию энергосырьевого кризиса в капиталистическом мире. Это вызвало больно ударивший по Иордании стремительный рост цен на нефть, который без помощи извне не мог бы быть компенсирован ростом спроса на международном рынке на фосфаты, в том числе иорданские, пришедшимся на это же время. Кроме того, война с Израилем породила новую волну политической нестабильности в регионе.

Она вызвала заметные перебои в функционировании экономического организма страны, ибо создавала напряженность вокруг нее и отпугивала местных и иностранных предпринимателей и инвесторов угрозой гибели капиталов, что способствовало сокращению деловой активности. Именно таким путем изменившиеся реалии международных отношений на Ближнем Востоке негативно отразились на выполнении иорданского плана развития.

Образовался непредвиденный разрыв между программами строительства производственных объектов и возможностями их финансирования, в результате чего лишь менее 75% мощностей вступили в строй в назначенное время. Среди незавершенных оказались самые важные стройки: гидротехнические сооружения, фабрика керамических изделий, стекольная фабрика.

Новый пятилетний план развития на 1976-1980 гг. осуществлялся также в напряженных условиях. Гражданская война в Ливане, по существу исключившая эту страну из нормальной экономической жизни, и дальнейшее обогащение нефтеэкспортирующих стран Аравийского полуострова обеспечили Иордании возможность получения дополнительных валютно-финансовых средств. Недогрузка ее производственных мощностей была сокращена, безработица сменилась на какое-то время ощутимой нехваткой трудовых ресурсов. Эти факторы не могли не отразиться на содержании плана. Вместе с тем сыграли свою роль неослабевающая инфляция, а также капиталистический характер иорданской экономики со свойственной ей рыночной стихией и частнопредпринимательской инициативой - явления, трудно поддающиеся регулированию и контролю. Это обстоятельство делает планы развития страны не столько руководством к действию, сколько реестром предполагаемых изменений в экономическом базисе и связанных с ним сферах хозяйственной активности.

Предполагалось, что темпы роста валового внутреннего продукта (ВВП) по плану достигнут в среднем 11,5% в год. Ключом к достижению таких показателей должны были стать глубокие сдвиги в горнодобывающей и обрабатывающей отраслях, обеспечивающие увеличение добавленной стоимости в производстве на 26% (в обеих отраслях), что является чрезвычайно высоким показателем, если исходить из предшествовавшего опыта развития промышленной сферы. В известной мере такие оптимистические прогнозы проистекали из переоценки возможностей роста экспорта фосфатов, которые на практике не оправдались. Во второй половине 70-х годов Иордания не раз сталкивалась с трудностями в реализации фосфатов, которые скапливались в гигантских количествах - по миллиону тонн. В результате, а также под действием инфляции, темпы роста ВВП оказались более скромными - около 9% в год.

В соответствии с пятилетним планом, в национальной экономике предполагалось разместить капиталовложения на сумму 765 млн. иорд. дин., в том числе на промышленность выделялось почти 30%, на сельское хозяйство - 5, на ирригационные работы и водоснабжение - около 13, на электрификацию - около 6, на транспорт - 16, на связь - 3%.

Нефтеперерабатывающий завод в Эз-Зарке
Нефтеперерабатывающий завод в Эз-Зарке

Как видно, львиная доля ассигнований направлялась в производственную сферу и инфраструктуру. Однако отличительная особенность стратегии развития на этом этапе состояла не только в ассигновании солидных средств на укрепление материально-технической базы, но и в ориентации на создание крупномасштабных экономических объектов. Достаточно сказать, что почти треть плановых ассигнований приходилась на 8 проектов (шесть из которых были промышленными предприятиями - заводы: фосфатный, нефтеперегонный, поташный, химических удобрений, цементный и ТЭС в Эз-Зарке). Выбор такой стратегии определялся в первую очередь реальными потребностями страны, добивавшейся наращивания промышленного потенциала в кратчайшие сроки, чтобы уменьшить свою зависимость от внешнего рынка хотя бы по некоторым видам продукции и создать ориентированные на экспорт производства с целью увеличения поступлений инвалюты.

Вторая половина 70-х годов ознаменовалась появлением и некоторых других тенденций. Так, был сделан упор на создание кооперативных форм хозяйствования, особенно в аграрной сфере. Выдвигались предложения по введению "финансовой либерализации", предусматривавшей повышение процента по банковским займам и депозитам, увеличение продаж правительственных облигаций, конституирование внутреннего финансового рынка и тому подобные меры. Большое внимание уделялось развитию системы профессионально-технического обучения.

Естественно, Иордании, находящейся в самой гуще событий на Ближнем Востоке, уже много лет несущих прямую угрозу миру и безопасности не только в регионе, но и во всем мире, нелегко в таких условиях поддерживать намеченные темпы экономического роста, добиваться экономической самостоятельности. Таким образом, предпоследний пятилетний план осуществлялся в том же русле и по условиям реализации плановых заданий мало отличался от предшествовавших планов. Тем не менее он стал еще одним шагом в упорядочении экономического развития, в накоплении планового опыта, вехой в процессе государственного вмешательства в экономику. Многие заложенные в нем направления получили развитие и во втором пятилетнем плане - на 1981-1985 гг., направленном на обеспечение высоких темпов экономического роста. Валовой внутренний продукт должен был увеличиться с 705 млн. дин. до 1193 млн. дин., т. е. возрастать ежегодно на 11%. Одновременно предусматривалось повышение доли производственного сектора в валовом внутреннем продукте с 39 до 46% и сокращение доли сектора услуг с 61 до 54%, увеличение объема внутренних поступлений в государственный бюджет на 25%. К числу основополагающих задач ныне и на перспективу относится также намерение добиваться сбалансированного развития различных районов страны.

Перед Иорданией стоят крупные проблемы, вызванные урбанизационными процессами и неудовлетворительным с экономической точки зрения размещением населения. Чтобы преодолеть негативные последствия стихийного формирования экономико-географических районов, в настоящее время делаются первые попытки регионального планирования, направленного на комплексное развитие внутренних районов страны. В соответствии с намечаемой в этой области политикой вся территория делится на 5-6 экономических зон, в которых социально-экономическое развитие планируется с учетом имеющихся здесь материальных и природных ресурсов, рабочей силы. К настоящему времени работа ведется по проектам всестороннего и сбалансированного освоения долины р. Иордан, затем Аммана, Ирбида, а также Южной зоны. Долина Иордана представляет собою наиболее Характерный пример экономического и социального развития района, население которого растет чрезвычайно быстрыми темпами. Здесь активно создается социальная инфраструктура, поощряются меры по интенсификации сельскохозяйственного производства. В других зонах, в частности на юге, акцент будет делаться на становлении новых центров промышленного производства.

Создание экономических зон отражает также намерение государства направлять процесс стихийного развития мелкой промышленности в русло национальных интересов. Основным проводником такой политики является созданная в 1973 г. Корпорация промышленного развития - акционерная компания с участием государства.

Учитывая, что 85% промышленных предприятий размещено в столичном округе, где возникла их избыточная концентрация, государство приступило к перераспределению производственной структуры на основе создания новых промышленных центров. Строительство их осуществляется Иорданской корпорацией промышленных зон, 75% акций которой принадлежит государству. В задачу корпорации входит сооружение промышленных зон в Сахабе, Ирбиде и Эз-Зарке, а со временем и в других районах страны. Цель их создания заключается (кроме сказанного) еще и в том, чтобы примерно на 40% сократить капитальные затраты, возникающие при строительстве разрозненных мелких предприятий за счет концентрации производств в одном месте и на базе единой инфраструктуры (в виде промышленных и административных зданий, подготовленной дорожно-транспортной системы, сети энерго- и водоснабжения, очистных сооружений и т. п). Сооруженные объекты будут сдаваться в аренду частным предпринимателям, которые уже своими силами будут устанавливать оборудование и налаживать производство.

В настоящее время завершено строительство такой зоны в Ирбиде и первой очереди в Сахабе, в 15 километрах к югу от Аммана. Эта последняя соединена удобными путями с соседними странами, с новым аэропортом "Алия" и морским портом Акаба; в зоне намечается довольно крупное жилищное строительство. После завершения последней очереди строительства на территории зоны в Сахабе будет не менее 700 промышленных сооружений и инфраструктурных объектов.

По существу государство стремится создавать своеобразные промышленные города-спутники вблизи сложившихся центров производства и основных рынков сбыта, чтобы не ломать коренным образом сложившуюся структуру и в то же время ослабить перенаселенность городов.

Одновременно такая практика означает перенос акцентов с крупных предприятий добывающей отрасли, строительство которых завершено или близится к концу, на средние предприятия перерабатывающей и обрабатывающей отраслей, ориентирующихся на рынки соседних арабских стран и во все большей степени опирающихся на использование местного сырья.

Формирование экономико-географических районов Иордании находится в начальной стадии и происходит в тесной связи с реализацией программ развития страны. По мере углубления этого процесса будет сокращаться миграция в города сельского населения, которое получит работу на местах.

Ускорение темпов экономического роста, возрастание деловой активности укрепляют позиции Иордании на Ближнем Востоке и могут способствовать в будущем превращению страны в центр торгово-банковской деятельности региона.

Однако развитие ее экономики наталкивается на серьезные трудности. В национальном хозяйстве много "узких" мест, что при неблагоприятных обстоятельствах может сильно помешать движению вперед. Отчеты об экономическом положении страны говорят о ее валютно-финансовом неблагополучии. Нехватка собственных источников накопления - самая серьезная опасность, сдерживающая процесс становления национальной экономики. Хотя платежный баланс Иордании удается сводить с положительным сальдо, это достигается за счет усиления ее зависимости от государств-кредиторов. Приток иностранной помощи, займов и кредитов, позволяет поддерживать экономику, но в любой момент грозит иссякнуть. Иордании приходится идти на поклон к странам, имеющим пухлый кошелек. Основные ее кредиторы США, ФРГ и Англия, а из арабских стран - Саудовская Аравия, Кувейт и Ирак. И в текущем пятилетии помощь нефтеэкспортирующих арабских государств и другие поступления извне будут служить основным источником (до 75%) осуществления запланированных капиталовложений. Расплачиваться за это приходится ростом внешнего государственного долга, составившего на конец 1983 г. 1,36 млрд. долл.

Попытки изыскать дополнительные внутренние финансовые резервы путем повышения налогов и таможенных тарифов, выпуска внутренних займов экономического развития (на сумму 150 млн. дин.) едва ли могут оказаться действенными настолько, чтобы позволить снизить объем финансовых поступлений из-за рубежа. Они неизбежно ведут к новому скачку в росте внутренней государственной задолженности.

Другой "головной болью" иорданской экономики является проблема рабочей силы. Уже первая пятилетка выявила острую нехватку квалифицированных рабочих рук. Возможность заработать в странах Персидского залива привела к тому, что ежегодно до 10 тыс. иорданцев покидают родину, чтобы попытать счастья в нефтяном Эльдорадо. Среди тех, кто устремился на заработки в "богатые" страны Аравии, представители самых различных специальностей и профессий - от рабочих до врачей, инженеров и университетских преподавателей. Власти консервативных аравийских государств гораздо охотнее, чем перед жителями других стран арабского мира, открывают двери своих стран перед иорданцами, поскольку видят в них представителей умеренного монархического государства, которые не станут вносить смуту во внутриполитическую жизнь и государственное устройство феодально-монархических стран. К тому же иорданцы в основной своей массе отличаются достаточно высоким уровнем образования и квалификации, что позволяет местным властям нанимать их на сложные инженерно-технические работы, выплачивая гораздо меньшую по сравнению с европейскими или американскими инженерами заработную плату.

Чтобы компенсировать отток трудоспособных лиц, правительство вынуждено поощрять иммиграцию в страну иностранных рабочих, число которых к 1983 г. составило около 120 тыс. человек. Однако они ни в количественном, ни в качественном отношениях не могут заменить уехавших, ибо в своей массе не являются квалифицированными и составляют менее трети эмигрировавших иорданских граждан (на начало 80-х годов было зарегистрировано более 350 тыс. эмигрантов). Иорданское руководство вынуждено мириться с подобной ситуацией, так как валютные переводы работающих за рубежом иорданцев своим родственникам составляют внушительную сумму, от которой страна не может позволить себе отказаться. Денежные переводы иорданцев, работающих в нефтедобывающих государствах Персидского залива, превысили в начале 80-х годов 1 млрд. долл.

Рабочая сила к началу второй пятилетки (1981-1985 гг.) оценивалась в 450 тыс. человек, и потребности в ней к концу планового периода должны были увеличиться на 254 тыс. человек. В этих обстоятельствах государство намеревается вернуть часть эмигрантов домой, привлекая их заработками на родине. Однако в 1983 г. в стране уже насчитывалось около 5,6 тыс. безработных, т. е. в 2,7 раза больше, чем в 1981 г. Правда, большинство безработных не имели достаточной квалификации. Учитывая это и стремясь удовлетворить потребности экономики в технически грамотных кадрах, государство расширяет систему профтехподготовки, которая к 1985 г. должна была охватить до 30% выпускников средних школ.

Несмотря на вышеназванные трудности, иорданская экономика, как предполагают, должна сделать крупный шаг вперед уже в первой половине 80-х годов.

Так, планом предусматривалось увеличение совокупных капиталовложений в экономику в 4 раза - до 3,3 млрд. дин. При этом более 60% ассигнований предназначалось для проектов, осуществляемых по государственной линии. На развитие производственного сектора и туризма выделялось почти 53% плановых инвестиций. В наиболее крупных масштабах осуществлялось финансирование добывающей и обрабатывающей промышленности - 23% капиталовложений, транспорта - свыше 16, ирригации и водоснабжения - почти 16, жилищного и гражданского строительства - более 9 и сельского хозяйства - 7%.

Как видно, основной поток капиталовложений направлялся в промышленность. Если в первом пятилетнем плане объем реальных инвестиций составил 317 млн. дин. против 229 млн. запланированных, то во второй пятилетке на промышленность выделялось 759 млн. дин. Это серьезная заявка на то, чтобы добиться ощутимых сдвигов в решении многочисленных проблем, сдерживающих наращивание промышленного потенциала и отдаляющих достижение экономической самостоятельности.

В Иордании отсутствует производство машин и оборудования, нехватку которых приходится восполнять исключительно за счет импорта. Однако вопрос о выпуске машин и оборудования пока не ставится. Страна собственными силами не сможет удовлетворять местный рынок, спрос которого на довольно сложное и разнообразное по номенклатуре оборудование весьма невелик. Производство же его мелкими сериями невыгодно, что надолго предопределяет зависимость Иордании от внешнего рынка.

Располагая скромными возможностями, государство в первую очередь делает упор на подъем добывающих отраслей, от которых зависит максимальное использование национальных природных ресурсов. Это обусловливается перспективой достижения двух целей - освоения в промышленных масштабах полезных ископаемых и наращивания производственного потенциала путем расширения переработки или обогащения сырья. Ведь организация промышленности, опирающейся на законченный производственный цикл в рамках конкретных отраслей, и создание взаимодополняющих производств, остаются крупнейшей проблемой в индустриализации страны.

Ныне же по-прежнему значительная часть промышленной продукции выпускается на мелких и средних предприятиях, занимающихся доработкой импортированных полуфабрикатов и ориентированных главным образом на удовлетворение потребностей внутреннего рынка. Это явление усугубляется тем, что подавляющее большинство предприятий, как отмечалось, сосредоточено в столичной промышленной зоне. В результате наблюдается крайняя неравномерность в размещении производительных сил, что вызывает целый спектр социально-экономических, демографических, экологических и других проблем. При этом политика поощрения частного предпринимательства, подверженного капризам рыночной стихии, лишь усиливает неустойчивость национальной хозяйственной системы, обусловленную ее капиталистическим характером, структурными недостатками, колоссальной зависимостью от внешнего финансирования.

Государство намерено по мере сил решать наболевшие проблемы. Наиболее остро стоит вопрос о преодолении раздробленности производства, распыленного по большому количеству мелких предприятий, число которых множится с каждым годом.

Неожиданно сильный толчок развитию иорданской мелкой промышленности дала ирано-иракская война. Во всяком случае в одном только 1979 г. было выдано рекордное количество лицензий на открытие 260 частнокапиталистических предприятий с совокупным капиталом в размере 17 млн. дин.

В целом же с 1970 по 1982 г. число зарегистрированных предприятий увеличилось с 2,3 тыс. почти до 12,5 тыс. При этом только во второй половине 70-х годов были выданы лицензии на 2,3 тыс. мелких предприятий и лишь на 670 средних и крупных (по иорданским масштабам). О концентрации наемного труда на них говорят следующие цифры: из общего числа предприятий доля тех, на которых занято пять и более человек, составляет лишь 12%. На долю же предприятий с числом занятых сто и более человек приходится и того меньше: 1,4%. В общей сложности частная добывающая и обрабатывающая промышленность дает работу 40 тыс. человек, или 10% занятых.

Тесные отношения с Ираком способствовали резкому росту спроса в этой стране на иорданские промышленные товары. Только в 1981 г. за счет иракских заказов мелкие и средние иорданские предприятия увеличили свой экспорт с 22 млн. до 110 млн. дин., т. е. в 5 раз.

Однако "пути войны неисповедимы", и уже в 1983 г. Центральный банк Иордании был вынужден предоставить Ираку кредит в размере 65 млн. долл. для оплаты им долгов иорданским компаниям, которые вели с ним торговлю. Это означало не только сокращение объема экономических связей с Ираком, который до середины 1982 г. потреблял до 40% иорданского экспорта, но и удар по многим из этих компаний. Дело в том, что фирмы, особенно специализирующиеся на потребительских товарах, в ожидании продолжения бума вложили крупные средства в расширение производства. Неспособность Ирака закупить всю их продукцию и поставила эти компании на грань банкротства, а некоторые из них привела к финансовому краху.

Тем не менее неудачи, подобные этой, не обескураживают Иорданию, которая, по мнению руководителей ее экономики, "справлялась и с худшими кризисами". Во всяком случае описываемые события показали, что частные предприниматели здесь могут рассчитывать на помощь государства, которое поддерживает их в трудных ситуациях. Ведь поощрение частнохозяйственной инициативы и защита ее от потрясений вполне соответствуют экономической политике иорданского руководства и капиталистической природе современной Иордании.

Во второй пятилетке продолжалось строительство ряда относительно крупных предприятий, формирующих своего рода ядро соответствующих отраслей промышленности. С их сооружением тесно связано и усиление роли государства как держателя акций и непосредственного участника производства. Ныне государство имеет акции почти в 30 наиболее крупных национальных промышленных компаниях, действующих в рамках смешанного государственно-частного сектора. Внедряясь в производство, в сферу непосредственной экономической деятельности, государство тем самым стремится компенсировать нестабильность, присущую частнохозяйственной деятельности.

Испытывая постоянную озабоченность из-за нехватки материальных ресурсов и находясь в непрестанном поиске дополнительных финансовых средств, государство активно поощряет создание смешанных предприятий с участием иностранного капитала. Таким предприятиям предоставляются значительные таможенные и налоговые льготы, для них установлен преференциальный порядок предоставления внутренних займов и финансирования. В подобных благоприятных условиях приток иностранных государственных и частных инвестиций мог бы быть большим. Их наплыву мешает неуверенность потенциальных инвесторов в стабильности внутри- и внешнеполитического положения Иордании при нынешней неспокойной ситуации на Ближнем Востоке, относительная скудость сырьевых ресурсов страны и небольшие возможности для быстрого обогащения, медленное освоение капиталовложений и ряд других факторов. Тем не менее иностранный капитал уже сейчас является совладельцем ряда компаний, занятых в производстве нефтепродуктов, цемента, керамических изделий, труб и т. п.

Более весомых успехов Иордания добилась в привлечении иностранных фирм и компаний к реализации проектов экономического развития, когда они выступают в роли разного рода подрядчиков, поставщиков, контрагентов. Среди них фирмы из крупных капиталистических стран Запада, а также Швейцарии, Бельгии, Австрии, Японии, Южной Кореи.

В последние годы завязывается сотрудничество иорданских компаний также и с советскими, болгарскими и югославскими объединениями и фирмами.

Важным элементом политики государства в промышленной сфере является создание импортзамещающих и экспорториентированных производств. За годы второй пятилетки введен в строй комбинат по производству поташа на Мертвом море, продукция которого почти полностью будет потребляться за пределами страны. Важное значение имеет завод минеральных удобрений в Акабе как первое крупное промышленное предприятие по переработке фосфатного сырья, значительная часть которого предназначена для экспорта в виде конечного продукта, имеющего несравненно большую стоимость. Предусматривается также резкое увеличение выпуска цемента в целях удовлетворения внутреннего рынка и поставок его в соседние арабские страны. Например, завод в Эль-Азраке мощностью 2 млн. т в год будет работать преимущественно на экспорт.

На развитие импортзамещающего производства вторым пятилетним планом ассигновалось около 57 млн. дин. Эти средства предусматривалось направить на строительство таких крупных объектов, как деревообрабатывающий комбинат в Акабе, который позволит наполовину сократить импортные потребности в пиломатериалах; завод низковольтного электрического и телефонного кабеля, часть продукции которого предполагается экспортировать; литейный завод, первая очередь которого обеспечит выпуск стальных труб и фитингов и снизит их ввоз; заводы пластмассовых изделий, листового стекла (в Маане), стеклянной тары и посуды, которые также позволят сократить импорт соответствующих товаров.

Уже из простого перечисления проектов видно, что главенствующее положение в отечественной индустрии занимают крупные предприятия, построенные по инициативе государства, так как частный национальный капитал не способен мобилизовать необходимые для этого средства. Действительно, в условиях Иордании эти объекты являются весьма крупными и по выпуску продукции, и по числу занятых. На нефтеперерабатывающем заводе, например, работает более 1,6 тыс. человек, на цементном, в Фухейсе, - 1,5 тыс., на заводе минеральных удобрений - 600 человек.

Существует, однако, не только запланированная, но также стихийная концентрация производства. В частности, только в 1978 г. число предприятий сократилось на 21%, тогда как число занятых увеличилось на 3,2%. Это свидетельствует также и о новом для Иордании социальном явлении - концентрации рабочего класса, представляющего передовой отряд иорданских трудящихся.

Анализ итогов второй пятилетки показывает, что в планах государства индустриализация занимает ведущее место. Доходы от промышленности должны возрасти более чем в 2 раза, а прирост промышленного производства составить 17,8%.

В отраслевой структуре промышленности преобладает переработка минерального сырья. Государством осуществляется обширная многолетняя программа увеличения добычи и экспорта фосфатов - главного природного богатства, эксплуатация месторождений которого началась в 1934 г. Ныне Иордания по производству фосфатов занимает шестое место в капиталистическом мире и третье место среди арабских стран (после Марокко и Туниса).

Добычу и экспорт фосфатов ведет основанная в 1953 г. национальная компания, 90% акций которой принадлежат правительству Иордании.

Качество фосфатных руд колеблется от месторождения к месторождению в пределах 68-76% трикалийфосфата. Наибольшее содержание этого основного компонента отмечается в разрезах Эль-Хасы, где фосфаты высокого качества (73-76%) составляют 60% общего объема производства. Размеры добычи фосфатов определяются не только установленными мощностями на шахтах и карьерах, но и спросом на этот вид сырья на международном рынке. Подавляющую часть добытого минерала Иордания вывозит, отсюда и большая зависимость ее от мировой рыночной конъюнктуры. Большие колебания мировых цен на фосфаты в последние 10-15 лет не раз лихорадили добывающую промышленность, вызывая затоваривание и порождая дополнительные финансовые трудности для страны. Хотя Иордания занимает достаточно видное место среди стран - экспортеров фосфатов, она не определяет уровень цен на мировом рынке. Несмотря на сравнительно крупные физические объемы экспорта, Иордания по своей доле в мировой торговле фосфатами (9%) сильно уступает другим странам (Марокко - 42%, США - 33%). Кроме того, доля качественных руд в общей добыче относительно мала, а спросом обычно пользуются именно руды с высоким содержанием минерала.

Для финансирования работ компания по добыче фосфатов заключила соглашение с консорциумом иорданских банков о предоставлении ей займа в размере 16 млн. дин. Финансовые инъекции необходимы не только для того, чтобы преодолеть хроническое отставание производства от намечаемого уровня (в 1980 г. вместо предполагаемых 5,4 млн. т было добыто лишь 3,9 млн. т), но и для того, чтобы устранить причины, сдерживающие рост выпуска продукции. Одно из "узких мест" - перевозка фосфатов к порту Акаба, которая осуществляется по узкоколейной железной дороге протяженностью 250 км, связывающей Эль-Хасу с Акабой. Трасса представляет собой часть трансаравийской железной дороги, построенной еще в начале века, и в силу этого мало соответствует нынешним условиям эксплуатации; пропускная способность ее мала, пути не выдерживают большегрузных вагонов, безопасность движения оставляет желать лучшего. Правда, за последние годы принимались некоторые меры, однако положение не исправилось, и железная дорога работает на пределе возможностей. Поэтому дополнительно добываемое сырье должно перевозиться на автомашинах, что менее экономично. В преддверии роста добычи минералов реконструирован порт Акаба, который оборудован механизмами для погрузки фосфатов, складами, дополнительными подъездными путями и т. п.

В последние годы набирает силу химическая промышленность. В 1982 г. в Акабе был пущен завод минеральных удобрений, рассчитанный на переработку 1,3 млн. т фосфатов и производство 600 тыс. т серной кислоты, свыше 100 тыс. т фосфорной кислоты и 740 тыс. т диаммонийфосфата. Завод, располагающий самой современной технологией производства и высокопроизводительным оборудованием, является флагманом иорданской индустрии. Ожидается, что доходы от него составят 170 млн. долл. в свободно конвертируемой валюте. Предназначенный для переработки фосфатов, он тем не менее из-за скудного ассортимента других местных природных ресурсов зависит от поставок из-за границы таких важных компонентов, как сера и аммиак, причем в больших количествах. Положение усугубляется и тем, что Иордания, создав мощное производство, не имеет возможностей для самостоятельной продажи выпущенной продукции на мировом рынке и потому вынуждена прибегать к посредничеству японских и американских фирм для сбыта своих удобрений в странах Азии, Европы и Африки.

Стремясь разнообразить выпускаемую продукцию и создавать новые производства, что весьма важно для укрепления иорданской экономики, государство усиливает химическую отрасль: монтируется установка для выплавки 20 тыс. т фтористого алюминия, строятся мощности для выпуска окиси урана производительностью 30 тыс. т в год.

Крупным достижением в создании современной материально-технической базы стал пуск уже упоминавшегося комплекса предприятий по производству поташа проектной мощностью 1,2 млн. хлорида калия в год. Производственный процесс здесь осуществляется путем естественного выпаривания воды Мертвого моря с последующим обогащением полученного минерального сырья. За годы пятилетки предполагается также освоить добычу столовой соли, получение окиси магния, бромида, наладить производство обожженного кирпича. Доходы смешанной компании, финансируемой отдельными арабскими странами, после ввода в строй всех объектов комплекса достигнут 200 млн. долл. Как и в случае с фосфатами, Иордания не может обойтись без привлечения посредников для сбыта поташа, в роли которых выступают Япония, США и Франция.

Химическая промышленность включает также производство моющих средств, в том числе стиральных порошков, различных видов мыла, шампуней. Выпуск этой продукции сосредоточен по существу на одной фабрике, которая в целом позволяет удовлетворять внутренние потребности в детергентах.

Другим столпом развивающейся индустрии является цементная промышленность. Особенно бурный ее рост происходит в последние годы. До середины 70-х годов в Иордании имелся всего один завод, который удовлетворял внутренний спрос и позволял частично экспортировать продукцию в соседние арабские страны. Картина резко изменилась во второй половине прошлого десятилетия, когда начавшийся в иорданских городах и деревнях строительный бум привел к неожиданному росту потребления цемента. Государство оказалось вынужденным увеличивать закупки этого материала за рубежом, хотя в стране в изобилии имеются все компоненты для его производства. В соответствии с планом истекшей пятилетки намечалось резко увеличить производство цемента, доведя общую мощность цементных заводов до 7 млн. т в год. Это дало бы возможность не только удовлетворить потребности внутреннего рынка, но и направить излишки на экспорт, в соседние страны, также охваченные строительной лихорадкой. Шестикратное увеличение выпуска цемента по сравнению с базовым 1981 г. второй пятилетки потребовало огромных ассигнований, которые достигли 283 млн. дин.

Выпуск цемента на первенце иорданской цементной промышленности в Фухейсе возрос почти втрое за счет строительства шестой и седьмой печей. Дает продукцию и завод в Рашидии и в Эль-Азраке общим объемом в 4 млн. т. Вступает в строй завод белого цемента в Хальдии мощностью 100 тыс. т.

Развитие цементной промышленности, как, впрочем, и других крупных отраслей производства, осуществляется государством с привлечением частного капитала. Это вызвано, с одной стороны, трудностью мобилизации ресурсов по государственной линии, а с другой - намерением добиться производительного использования частных накоплений. Соотношение спроса и предложения на цемент на иорданском рынке, а также работы по подъему цементной промышленности, говорят о том, что эта отрасль промышленности будет развиваться и в дальнейшем.

Немаловажное место в структуре промышленности занимает нефтепереработка. В этой области оперирует единственная национальная компания, 94% акций которой принадлежат частному капиталу и которая располагает специализированным заводом в пригороде Эз-Зарки. Нефтеперегонные предприятия работают на нефти, поступающей из Саудовской Аравии. Завод был построен при техническом содействии Румынии и первоначально имел годовую производительность менее 1 млн. т.

Значительный рост автомобильного парка, рост спроса на нефтепродукты в коммунальном хозяйстве и в производстве выдвинули задачу увеличения их выпуска. Реконструкция завода позволила в начале 80-х годов довести производство продукции до 4,2 млн. т, чего, по всей видимости, достаточно для обеспечения страны по крайней мере до 1990 г.

Пятилетним планом предусматривалось ассигновать в целом более 43 млн. дин. на работы, связанные с переработкой, хранением и транспортировкой нефти. К концу планового периода предполагалось наладить производство смазочных масел, увеличить резервуарный парк и соединить нефтепроводами трансаравийскую систему "Таплайн" с нефтехранилищами, с городами Эз-Зарка, Акаба, а также с новым международным аэропортом "Алия".

Особую проблему представляет разведка месторождений нефти и газа, которая с 70-х годов осуществляется по контрактам с иностранными фирмами. К поискам нефти привлечены американские корпорации - "Файлон", обязавшаяся в течение 30 лет вести поиск нефти в долине Иордана, в южных и северных районах, на Мертвом море, и "Джеофизикл сервис", которая параллельно с французской фирмой ведет разведку в районах Эль-Азрак, Русейфа, Сархан, Риш. Пробное бурение проводит также югославская компания "Нафта гэс", техническое содействие в нефтеразведочных работах будет оказывать Иордании и Иракская национальная нефтяная компания.

Поиски нефти планируются и на будущее, тем более что экспериментальные скважины в Восточной пустыне показали наличие здесь коммерческих запасов нефти с низким содержанием серы. Возможность удовлетворять потребности страны в горюче-смазочных материалах за счет собственных ресурсов открывает новые перспективы для Иордании, которая только в 1983 г. израсходовала почти 650 млн. долл. на импорт нефти из Саудовской Аравии, т. е. больше, чем все доходы от ее экспорта.

Металлообрабатывающая промышленность находится по существу в зачаточном состоянии. В стране действуют три завода по производству арматурного железа, выпускающие ежегодно до 100 тыс. т металлического прутка, а также различные нормали из заготовок, поставляемых главным образом из Советского Союза. Имеется трубный завод годовой мощностью до 12 тыс. т труб небольшого сечения, заготовки которых также ввозятся из нашей страны. Налажена выплавка 15 тыс. т изделий из чугуна, ассортимент которых предназначается для нужд коммунального хозяйства (крышки люков, задвижки, фитинги). Алюминиевый завод, рассчитанный на выпуск 8 тыс. т алюминиевых профилей, поставляет продукцию для домостроения. В стране имеются также отдельные мелкие производства по выпуску метизных изделий (скоб, гвоздей, болтов и др.).

Вместе с тем, как и раньше, на внутренний рынок поступает продукция многочисленных мелких и мельчайших полугосударственных и частных мастерских и цехов, которые выпускают холодильники, газовые плиты, аккумуляторы, строительные детали, мебель, одежду, обувь, ткани, медикаменты, продовольственные товары и многие другие изделия, пользующиеся повседневным спросом у местного населения. Эти товары, хотя объем их выпуска невелик и редко носит характер крупных промышленных серий, имеют достаточно высокие потребительские качества (производство их ведется на современном технологическом уровне) и быстро поглощаются местным рынком.

Однако Иордания стремится решить не только вопрос самообеспечения необходимыми промышленными товарами. Ее промышленная политика говорит о том, что она строит куда более далеко идущие планы. Используя свое географическое положение на "подходах" к нефтеэкспортирующим странам и имея сходный с ними механизм рыночной экономики, одинаковое политическое устройство, а также квалифицированную рабочую силу, Иордания рассчитывает при благоприятных обстоятельствах стать в недалеком будущем своего рода мастерской для стран Персидского залива. Однако для осуществления таких надежд необходима достаточно развитая материально-техническая база промышленного производства, которой Иордания пока в полной мере не располагает.

Учитывая стоящие перед промышленным сектором трудности, особенно нехватку капиталов и сырья, государство ищет способы облегчить процесс становления национальной индустрии в кооперации с другими арабскими странами. В частности, многое связывается с ожидаемым в середине текущего десятилетия пуском крупных нефтехимических предприятий в Саудовской Аравии и некоторых странах Персидского залива. Их конечный продукт - относительно дешевые полиэтилен и поливинилхлорид - может послужить исходным материалом для переработки на иорданских предприятиях, а заодно и дать толчок к их дальнейшему развитию. Подобным же целям служит активно поощряемое государством расширение сети предприятий по ремонту и обслуживанию оборудования, которое используется в других арабских странах.

Наращивание мощностей в обрабатывающей промышленности - процесс долговременный. Но государство использует любые возможности для его ускорения, чутко реагируя на выгодно сложившиеся внешние условия (недаром в западных кругах считают, что Иордания располагает "очень хорошо управляемой экономикой").

Ретроспективный взгляд на экономику Иордании, и в частности на эволюцию ее промышленной сферы, показывает, что индустриальный сектор, несмотря на серьезные трудности, имеет тенденцию к росту, его доля в валовом внутреннем продукте медленно, но постоянно увеличивается, достигнув в 1981 г. 18,7%.

Это обстоятельство вызвало напряженное положение в национальной электроэнергетике, без которой невозможно повышение энерговооруженности труда как условия роста индустрии. Ведь потребности в электрической энергии свидетельствуют об уровне развития страны, ее промышленном потенциале, возможностях воспринять прогрессивную технологию, расширять производство на новой основе.

В Иордании пока не обнаружены месторождения собственного энергетического сырья, особенно такого ценного, как нефть и каменный уголь, если не считать запасов нефтеносных сланцев. В то же время в силу засушливости климата и маловодности рек возможности получения электроэнергии на гидростанциях крайне невелики. Электроэнергия вырабатывается теплоэлектростанциями, работающими на дорогостоящем привозном топливе.

Развитие промышленности, рост городов, усиление миграции населения, необходимость повышения энерговооруженности сельского хозяйства ставят задачу удвоить, утроить, удесятерить производство электроэнергии. В стране стали строиться более мощные и экономичные электростанции, способные служить общенациональным целям. Вместо нескольких маломощных потребителей, обслуживаемых ранее примитивными энергоустановками, к новым станциям подключаются ныне уже сотни и тысячи объектов, функционирование которых без электроэнергии немыслимо.

Такие установки позволяют использовать энергию солнца
Такие установки позволяют использовать энергию солнца

Крупный скачок в развитии электроэнергетики произошел в начале 80-х годов. Если до той поры установленная мощность всех источников электроэнергии не превышала 300 МВт, то уже к концу 1982 г. она увеличилась вдвое. Естественно, в условиях Иордании промышленные масштабы наращивания мощностей оказались под силу только государству с его способностью мобилизовать средства, необходимые для строительства дорогостоящих сооружений, какими являются электростанции. Благодаря внедрению в эту сферу государства в валовом производстве электроэнергии резко снизилась доля частных электростанций: им была отведена вспомогательная роль. Некогда крупная частная компания "Идеко" в Ирбиде, имеющая дизель-электростанцию на 11 МВт, в сравнении с государственными ныне вырабатывает мизерное количество электроэнергии. То же относится и к другой компании, "Джепко". Сейчас эти компании участвуют преимущественно в перераспределении энергии, вырабатываемой на государственных станциях в Аммане и Ирбиде. Их существование поддерживается в значительной мере искусственно: государственные электростанции обеспечивают энергией имеющуюся в распоряжении компаний сеть и взимают с них за это соответствующую плату, в свою очередь "Идеко" и "Джепко" продают электроэнергию потребителю.

В 1967 г. было организовано государственное Управление электроэнергетики, перед которым стояла задача наладить централизованную систему энергообеспечения страны, гарантировать строительство новых мощностей и включить частный сектор в национальную систему энергоподачи. Это управление снабжает энергией все районы страны. (Исключение составляют две указанные компании, что создает своего рода аномалию в сложившемся общем порядке обеспечения энергией потребителя.)

В ведении указанного управления находятся крупнейшая ТЭС Иордании "Хусейн" в Эз-Зарке, оснащенная паро- и газогенераторами общей мощностью 263 МВт, и вторая по мощности электростанция в Марка, оборудованная дизель-агрегатами и газовыми турбинами, мощность которых достигает 125 МВт. Остальные станции, расположенные в Акабе, Кераке, Маане, Тафиле, обладают малой производительностью и вырабатывают электроэнергию на дизель-генераторах. Помимо этих в стране имеются электрогенераторы, работающие при некоторых крупных предприятиях. Так, собственными небольшими электростанциями располагают: цементный завод в Фухейсе, нефтеперерабатывающий завод в Эз-Зарке, фосфатная компания в Эль-Хаса, предприятие по производству поташа в Гор эс-Сафи и некоторые другие. В целом при сохранении уровня выработки электроэнергии неизменным доля промышленных предприятий в ее производстве сократилась с 20% в 1977 г. до 12% в 1980 г.

Ввод в строй новых мощностей позволил добиться достаточно высоких темпов роста производства электроэнергии, которые составляют в среднем 18% в год. Выработка же электроэнергии достигла к 1981 г. 1 200 млн. кВт•ч. Однако Иордания еще далеко не полностью удовлетворяет свои потребности в электричестве. Более того, показатели энергообеспеченности страны остаются невысокими. Об этом свидетельствует тот факт, что ей приходится прибегать к помощи соседней Сирии с целью увеличения своих резервных мощностей и обмена электроэнергией для удовлетворения потребностей провинции Ирбид. Для этого обе страны были соединены высоковольтной линией электропередачи, связавшей две национальные энергосистемы.

Большая часть вырабатываемой электроэнергии используется в коммунальном хозяйстве (до 37%) и в промышленности (35%). Производимая электроэнергия распределяется по стране довольно неравномерно, что обусловливается неодинаковым уровнем развития отдельных ее районов. На северный район, в котором сосредоточены основные промышленные предприятия и значительная часть населения страны, приходится большая часть потребляемой энергии.

Развитие энергетики осуществляется по трем главным направлениям: установка новых энергетических мощностей, создание объединенной национальной энергосистемы и электрификация сельских районов. В связи с этим предусматривается строительство новой ТЭС в Акабе общей мощностью 154 МВт, расширение ТЭС "Хусейн" за счет установки трех газотурбинных установок и укрупнение дизельной электростанции в Акабе. Эти меры должны увеличить установленную мощность иорданских электростанций почти до 850 МВт. Важно отметить, что намечается сооружение ТЭС в Катрана, работающей на нефтеносных сланцах, крупные залежи которых в случае реализации проекта будут вовлечены в промышленный оборот. Большой вклад в подготовку технико-экономического обоснования этого энергетического комплекса вносит Советский Союз, оказывающий Иордании помощь не только в развитии энергетики, но и в освоении ее природных богатств.

Существенной частью программы электрификации страны является строительство линий электропередачи (460 км), которые соединят Амман с Мааном, Катрану с Гор эс-Сафи, Амман с Акабой, это позволит включить в единую энергосистему Акабу, Сахаб, Дир-Алла, другие населенные пункты и промышленные объекты. Попутно это даст возможность электрифицировать 341 деревню и довести число получающих электроэнергию деревень до 472; количество же сельских жителей, пользующихся электричеством, составит почти 700 тыс. человек, т. е. 95% населения сельской местности.

В общей сложности на нужды развития энергетики было ассигновано более 160 млн. дин. - сумма, которая, по всей видимости, позволит добиться поставленных в этой области целей.

В сравнении с индустриальным сектором сельское хозяйство - исконная сфера приложения труда местного населения - ныне значительно уступает ему по вкладу в национальное производство. Хотя роль сельского хозяйства в экономической жизни страны все еще велика, его доля в основных экономических показателях уменьшилась. Причина этого - территориальные утраты (как уже отмечалось, Западный берег - иорданская житница - оккупирован Израилем), недостаточный размах мероприятий по преодолению последствий тяжелых природно-климатических условий, упор на развитие промышленности. В результате доля аграрного сектора в валовом внутреннем продукте сократилась с 14,3% в 1971 г. до 6,5% в 1981 г. В связи с этим выдвигается задача стабилизировать сельское хозяйство и добиться повышения уровня производства в нем на 43%.

Какие же условия имеются для этого в стране? Из общего национального фонда земель пригодными для обработки считаются 520-580 тыс. га, т. е. сельскохозяйственные работы возможны менее чем на 10% совокупных земельных угодий. Реально же используются 250-300 тыс. га и только 36 тыс. га орошаются. Частная собственность распространяется на 390 тыс. га, которые распределены среди 50,8 тыс. лиц.

Иорданской деревне, как и прежде, свойственно ярко выраженное социальное неравенство. На долю 24% собственников, владеющих участками менее 0,1 га, приходится 1,1% частнособственнических земель. В то же время прослойка общества, насчитывающая 356 человек (0,7% всех землевладельцев), имеет земельную собственность размером от 100 до 1 тыс. га и более, располагая, таким образом, 17% земель. К последним следует отнести и других лиц, которые по размеру собственности также относятся к деревенским верхам; они составляют 8% земельных собственников и сосредоточивают в своих руках еще 35,6% частнособственнического земельного фонда.

Почти 75% хозяйств находились полностью в собственности лиц, которые в той или иной форме участвуют в производственном процессе. Оставшаяся четверть хозяйств занимает полностью или частично арендованные земли. Примерно 15-20% земель сдается в аренду на условиях издольщины, которая является главной формой отношений между собственником и арендатором. Как видно из сказанного, в сельском хозяйстве все еще не искоренены феодальные пережитки, которые тяжким бременем ложатся на плечи трудящегося крестьянства.

По-прежнему сохраняется мелкотоварный характер сельскохозяйственного производства при наличии большого числа потребительских хозяйств. Хотя к середине 70-х годов товарность сельского хозяйства значительно повысилась, все же до 48% общего числа хозяйств, имевших, правда, в собственности только 25% совокупной площади земель, производили продукцию в основном для собственного потребления. Это, видимо, объяснялось малыми размерами хозяйств, не обеспечивавших товарных излишков.

Малоземелье, свойственное иорданской деревне, усугубляется дроблением пригодных к обработке земель вследствие применения мусульманских законов о наследовании, которые предусматривают равный раздел земли между родственниками мужского пола. Часто образовавшиеся таким образом карликовые наделы имеют крайне неудобную для обработки конфигурацию или расположены в труднодоступных местах: нередко можно видеть длинные узкие полоски земли, вытянутые от подножия холма к его вершине, или крохотные участки на склонах возвышенностей, аккуратно обложенные камнями и устроенные в виде террас. Более 50% хозяйств имеют в среднем три расположенных в разных местах клочка земли, что порождает немалые трудности при их обработке. Это большое зло для деревни, и в условиях капиталистического земледелия бороться с ним тяжело.

Проблема безземелья крестьянства в стране, хотя и несколько ослабла в последние годы, полностью не решена. Сейчас количество частично или полностью безземельных сократилось, в частности из-за отторжения земель Западного берега. В этом направлении действуют и другие факторы, например интенсивный отток сельских жителей в города и за пределы страны (эмиграция).

Миграция сельского населения объясняется тем, что по уровню заработной платы сельское хозяйство отстает от других отраслей экономики, а также тем, что у крестьянина мало возможности закрепиться на земле в качестве самостоятельного хозяина, способного создать минимальные условия для существования своей семьи. Владея карликовым наделом, он не имеет условий для этого.

Убыль населения уменьшает "давление" на землю, в какой-то мере ослабляет проблему безземелья и создает видимость благополучия сельской жизни. Однако демографические процессы воспроизводства сельского населения оказываются нарушенными. Чтобы компенсировать нехватку рабочих рук, в сельское хозяйство привлекается большое число иностранцев. К началу 80-х годов только в долине р. Иордан - главном сельскохозяйственном районе страны - до 90% занятых на сельских работах были сезонными сельскохозяйственными рабочими иностранного происхождения.

Дефицит рабочей силы в сельском хозяйстве компенсируется и другим путем - применением машин и механизмов в районах выращивания зерновых на богарных землях. На начало 80-х годов в стране работало более 4,5 тыс. тракторов (в 1950 г. их было менее 1 тыс.), 240 комбайнов, применялись автомобили, сеялки, молотилки, насосы и другая техника. Относительно небольшие абсолютные цифры использования сложных машин объясняются, с одной стороны, сравнительно скромными масштабами сельскохозяйственного производства, а с другой - трудностями их использования в условиях сложного рельефа местности, чересполосицей (особенно ощутимой в орошаемом земледелии), мелкими размерами участков и т. п.

За последние годы в больших масштабах стали применяться химические удобрения. В почву вносятся азотные (6 тыс. т), фосфорные (7 тыс. т), калийные (1,4 тыс. т) удобрения.

Модернизация технической базы земледелия и химизация производства указывают на попытки интенсифицировать сельское хозяйство, добиться роста продуктивности земель и соответственно повышения урожайности культур. Вместе с тем этот процесс вкупе с широкими масштабами использования наемного труда свидетельствует и об усилении земледельческого капитализма в Иордании. Все более укрепляя свои позиции, капитализм становится господствующим укладом в деревне, хотя он носит пока преимущественно очаговый характер и его развитие тормозится, как отмечалось, пережитками феодальных отношений.

Капитализация иорданского земледелия связана с усиленной эксплуатацией трудового крестьянства, сельскохозяйственных рабочих, нарастанием социального неравенства в деревне. Чтобы хоть как-то сгладить эти крайне негативные явления, государство способствует некоторому распространению кооперации, которая отчасти помогает крестьянам противостоять деревенским эксплуататорам - ростовщикам, торговцам, посредникам. Обеспечивая некоторые льготы в кредите, сбыте и снабжении, кооперация тем не менее не может существенно облегчить положение тружеников деревни. Ведь низкая эффективность ее для простых тружеников определяется не только тем, что она существует в условиях капитализма, контролируется и направляется сверху (и таким образом лишается самостоятельности, превращается в огосударствленное учреждение), но и тем, что важную роль в кооперативной структуре играют зажиточные элементы деревни, а сама кооперация не носит массового характера. Так, в 1981 г. в стране было зарегистрировано 160 сельскохозяйственных кооперативов, объединяющих 16,4 тыс. хозяйств (30% зарегистрированных дворов), на долю которых приходилось 30% обрабатываемых земель.

Наряду с кооперативной формой хозяйствования в 70-е годы в стране была создана группа хозяйств, финансируемых из государственного бюджета. Это, однако, не прообраз госхозов, которые ныне получают распространение в аграрном секторе некоторых арабских стран. Тем не менее подобная практика, даже весьма ограниченная, говорит о том, что государство сталкивается с необходимостью непосредственного вмешательства в сельскохозяйственное производство, если хочет добиться осязаемых количественных и качественных сдвигов в нем.

Как видно, круг проблем, стоящих перед сельским хозяйством Иордании, велик. И он включает вопросы развития не только материально-технической базы, но и социально-экономических основ организации деревни.

Огромное значение имеет, например, совершенствование рыночной структуры, системы торговли сельскохозяйственной продукцией, механизма ценообразования. Капиталистический характер земледельческого производства предопределяет такой же характер сбыта и распределения. Организованные формы рыночной деятельности в Иордании возникли только в 1962 г. В 70-е годы была учреждена Организация сельскохозяйственного сбыта, уполномоченная изыскивать новые рынки, развивать каналы сбыта и предоставлять рыночные услуги сельским производителям. И в 80-е годы государство не оставляет попыток отладить рыночные связи путем собственного внедрения в систему сбыта на коммерческой основе.

Своеобразной опытной площадкой для нововведений становится долина р. Иордан, где создаются рыночные центры в Шуна эль-Джанубийя, Вади эль-Ябисе и Эль-Арде. Они должны обеспечивать лучшие условия сбыта, способствовать проведению обоснованной политики цен, чтобы облегчить втягивание крестьян в организованную систему распределения сельскохозяйственной продукции. Установление государственного контроля над сбытом должно не только улучшить снабжение населения, но и предотвратить спекуляцию, уменьшить возможность перепроизводства одних и возникновение дефицита других культур.

Многие надежды на подъем сельского хозяйства связываются с долиной р. Иордан - этим, как уже говорилось, основным районом сельскохозяйственного производства. Сама долина невелика по размерам. Она представляет собой рифтовую впадину (ее длина до ста, ширина от пяти до десяти километров), которая протянулась в направлении с севера на юг между Тивериадским озером и Мертвым морем. Почвы ее чрезвычайно плодородны, а потенциальные возможности для выращивания здесь урожаев различных культур огромны: при достаточном количестве воды можно снимать до четырех урожаев в год. Этим и обусловливается стремление властей превратить долину в некий образцовый производственный комплекс. Государство планирует уже в недалеком будущем осуществить здесь "реалистичную" земельную реформу. Под ней понимается предоставление возможности нынешним земельным собственникам увеличить свои угодья до 20 га, что, безусловно, является мерой поощрения крупного хозяйствования. Ведь такой участок на столь плодородных почвах обеспечивает товарное производство в больших масштабах. Кроме того, намечается наделить безземельных арендаторов участками в 4-5 га. Надо, однако, отметить, что под этими безземельными нельзя подразумевать одних только крестьян. К ним вполне могут быть отнесены и многие зажиточные лица из города, арендующие землю под хозяйства. Таким образом, социальная направленность земельной реформы, проводимой в долине р. Иордан, имеет целью превратить даже такие минимальные по площади участки в основу для кулацких хозяйств.

Другая важная проблема заключается в том, чтобы создать наилучшие условия для развития аграрного сектора, обеспечить хозяйства семенами, удобрениями, машинами, предоставить им кредиты и т. п. Переживающий этап становления земледельческий капитализм испытывает во всем этом крайнюю нужду и не может ускоренно развиваться из-за отсутствия достаточного опыта, нехватки технологических знаний, квалифицированных кадров.

Важный аспект переустройства сельского хозяйства заключается и во внедрении в деревне городских удобств. С экономической точки зрения эта задача весьма сложна: для ее решения требуются существенные капиталовложения, которые лягут дополнительным бременем на государственный бюджет. Тем не менее основные городские услуги в виде газо- и водоснабжения, подвода электричества, организации транспортного сообщения и телефонной связи заложены в планы освоения земель в долине.

Две трети орошаемых угодий страны сосредоточены в долине Иордана, где производится треть всей сельскохозяйственной продукции. Овощные культуры дают до 70% урожая, на долю садовых приходится почти 15%. Однако при росте урожаев овощей ассортимент их невелик. Производители предпочитают выращивать томаты, баклажаны и огурцы, ибо эти культуры относительно менее трудоемки, и сбыт их всегда гарантирован.

Перед производителями сельскохозяйственной продукции стоит задача расширить ассортимент выращиваемых культур, что связано в первую очередь с необходимостью добиться самообеспечения продовольствием, а также с поставками на внешний рынок. В результате расширения посадок оливок, цитрусовых, винограда, бахчевых Иордания приближается по отдельным видам продукции к самообеспечению и получает возможность вывозить часть этой продукции в нефтеэкспортирующие арабские страны, где ее томаты, арбузы, бананы и апельсины пользуются спросом и сбываются по ценам выше мировых. Это объясняется тем, что продукция поставляется даже в межсезонье, когда цены подскакивают вверх. Именно погоня за валютой заставляет страну вывозить даже ту часть урожая, которая могла бы быть поглощена местным рынком.

Однако хорошие времена могут прийти к концу. И причина этого не только в несовершенстве системы внутренних заготовок и рыночного механизма, но и в растущей конкуренции со стороны Турции, которая угрожает традиционным рынкам иорданской сельскохозяйственной продукции. В этих условиях Иордания ищет выход на рынки европейских стран в зимний сезон. Однако конкуренция и здесь высока, особенно со стороны Греции и Испании, которые, являясь членами "Общего рынка", сами страдают от затоваривания сельскохозяйственными продуктами.

Остальные обрабатываемые земли расположены преимущественно в богарной зоне и используются под зерновыми, выращиваемыми главным образом для внутреннего потребления, и частично под фруктовыми садами и рощами оливковых деревьев. Это район крайне неустойчивого земледелия, где урожаи подвержены резким колебаниям. Урожай пшеницы - основной зерновой культуры - обычно составляет до двух третей всего сбора зерновых. И именно он более всего зависит от погодных условий. Судить об этом можно по таким цифрам: в 1979 г. собранный урожай составил 16 тыс. т, а в 1980 г. - 133 тыс. т. Если к этому добавить, что засухи случаются довольно часто, а то и вообще следует одна за другой, как это было в конце 70-х годов, то можно представить, какие трудности испытывает страна в создании запасов этого продукта. Не исключено, что и в дальнейшем Иордания будет оставаться в числе стабильных импортеров пшеницы и муки. Для других зерновых культур - ячменя, чечевицы - характерна крайне низкая урожайность, и сбор их невелик.

Животноводство продолжает оставаться слабым звеном сельского хозяйства. Преобладает разведение преимущественно местных малопродуктивных пород скота - в основном овец и коз. Племенной крупный рогатый скот содержится на немногочисленных государственных фермах, где ведутся работы по увеличению племенного стада. Однако росту поголовья препятствуют нехватка кормов и отсутствие естественных пастбищ, которые в большинстве своем пригодны лишь для выпаса мелкого рогатого скота.

В стране остро ощущается нехватка мясо-молочных продуктов. Достаточно упомянуть, что по такому показателю, как потребление мяса в расчете на душу населения, Иордания отстает от средних показателей по Ближнему Востоку почти в 2 раза, а от среднемировых более чем в 3 раза; по потреблению же молочных продуктов - в 5 и 15 раз соответственно.

Импорт даже в больших количествах этих продуктов не может закрыть образовавшуюся брешь в снабжении ими населения. Поэтому важным направлением развития сельского хозяйства считается увеличение производства мяса. За годы второй пятилетки намечалось создать откормочную базу на 300 тыс. голов мелкого рогатого скота. Наряду с этим строилась птицефабрика мощностью до 500 тыс. бройлеров и до 20 млн. яиц в год. (Кормовая проблема должна решаться как путем импорта, так и путем наращивания местного производства.)

Создание намеченных объектов в какой-то мере смягчит продовольственную зависимость Иордании, но не устранит ее полностью. К середине 80-х годов за счет национального производства страна удовлетворяла свои потребности в мясе и молоке лишь на 26 и 57% соответственно. Только по производству куриного мяса и яиц Иордания приблизилась к самообеспечению.

Потребности в других основных продовольственных товарах - пшенице и картофеле - покрываются национальным производством только на 11 и 16% соответственно.

В последнее десятилетие в арабском мире, где все острее стала ощущаться нехватка продуктов питания, появились различные проекты достижения самообеспеченности продовольствием. Они предусматривают специализацию отдельных арабских стран на конкретных видах культур, широкое взаимодействие капиталов, создание совместных межарабских аграрных предприятий и т. п. В рамках этих многочисленных и не всегда реалистических программ Иордании также отводится соответствующая роль как производителю зерновых, овощей и фруктов. При этом ее традиционная производственная ориентация не меняется, а лишь предполагается повышение интенсификации земледелия. При условии значительного роста в Иордании применения азотных удобрений и использования современной агротехники и агрикультуры (что связано с дополнительными капиталовложениями) страна уже к 2000 г. могла бы добиться увеличения производства пшеницы в среднем с 53 тыс. т до 600 тыс. т, ячменя - с 12 тыс. т до 125 тыс. т, овощей - до 750 тыс. т, яблок - на 50%.

Однако эти проекты, видимо, останутся нереальными по крайней мере до тех пор, пока не будут найдены средства для их реализации. А это зависит не только от Иордании, но и от других заинтересованных стран, в том числе и от нефтеэкспортирующих, в которых такие проекты рождаются. Ибо отсутствие средств - камень преткновения для развития аграрного сектора Иордании даже на нынешнем этапе, не говоря уже об отдаленном будущем.

Не дожидаясь межарабских договоренностей по этому вопросу, частные иорданские компании и отдельные индивидуальные хозяева уже с конца 70-х годов постепенно начинают интенсифицировать земледелие. Эта тенденция особенно проявилась в долине Иордана и некоторых других районах, где стала вводиться интенсивная технология - капельное орошение и тепличные методы выращивания культур. Растет число крупных стационарных парников, расширяется применение гидропонного метода для ускоренного производства овощей. Это позволяет предприимчивым дельцам получать своего рода сверхприбыль на вложенный капитал и вести хозяйство без большого риска потерь, связанных с нехваткой воды для орошения.

Когда едешь по дорогам Иордании, то чаще всего видишь по обеим сторонам монотонный холмистый пейзаж; на бедных песчаных и каменистых почвах островками растет чахлая низкорослая зелень. Визуальные наблюдения лишь дополняют картину, складывающуюся из сухих цифр официальной статистики. В сельском хозяйстве, как отмечалось, создается 10% валового внутреннего продукта, и основная его часть производится в зоне орошаемого земледелия. Здесь каждый клочок обводненной земли ценится на вес золота и тем выше, чем сильнее нехватка воды, которая растет угрожающе. С развитием промышленности, расширением ирригационных систем и ростом водопотребления в коммунальном секторе в стране возрастает расходование воды, дефицит которой, по некоторым расчетам, в 1987 г. составит почти 140 млн. куб. м, а к 2000 г. - 298 млн. куб. м.

Нехватка воды - не единственная экологическая проблема Иордании, где все еще не уделяют достаточного внимания проблемам окружающей среды. В последние годы все заметнее становится загрязнение вод отходами производства, что при недостаточной очистке вызывает сокращение объемов воды, пригодной для хозяйственного употребления. Источники подземных вод также подвержены загрязнению из-за не во всех случаях правильно организованной системы дренажа, неудовлетворительного состояния городской канализации, из-за просачивания вод, выносящих с полей химические средства увеличения урожайности и борьбы с вредителями растений.

Разрастающиеся города поглощают и без того ограниченные сельскохозяйственные угодья и тем самым активно стимулируют наступление пустыни. Сильно развиты ветровая эрозия почв, заиливание водоемов (эутотрофия).

В стране отсутствует законодательство, защищающее окружающую среду и определяющее функции на этот счет государственных учреждений. Таким образом, приступив к подъему экономики, Иордания во все больших масштабах воспроизводит и недостатки, связанные с разрастанием промышленности и урбанизации в условиях капитализма и негативно отражающиеся на ее и без того скудных природных ресурсах. Это в конечном итоге может сказаться и на темпах развития страны в будущем.

Нехватка воды является главной проблемой, могущей при определенных условиях вызвать драматические последствия. Поэтому в стране изыскивают любые возможности для пополнения водных ресурсов.

Постепенно осуществляется программа крупного ирригационного строительства. Во второй пятилетке общая сумма запланированных ассигнований на ее осуществление составляла почти 276 млн. дин. Уже проложен канал Восточный Гор, отводящий воды р. Ярмук в долину Иордана, созданы плотины и водохранилища Вади Закляб, Шуэйб, Кафрейн. Предполагается широко использовать подземные воды, обильные источники которых обнаружены на Северо- и Юго-Восточном плато. Крупным начинанием явится сооружение плотины Макарин высотой 150 м на р. Ярмук, воды которой по каналу, проложенному от Караме до Свейна, должны оросить земли к северу от Мертвого моря. Однако здесь имеются серьезные осложнения, вызванные не только нехваткой капиталов - обстоятельством, которое воспринимается как традиционный рефрен, когда речь заходит о стройках национального значения. Дело в том, что Ярмук протекает также по территории Сирии и Израиля, и достижение договоренности о правах на использование его стока в условиях крайней международной напряженности в регионе представляет собой чрезвычайно сложную проблему. По этим причинам сроки стройки оказались перенесенными во вторую пятилетку, и перспективы ее пока остаются туманными.

Другая важная мера в области ирригации и водоснабжения предусматривается проектом перекачки воды на расстояние 650 км из Евфрата в Иорданию, о чем имеется договоренность с Ираком.

В целом программа ирригационных работ на первую половину 80-х годов достаточно велика. Намечено построить плотину в районе Вади эль-Араб и плотину Макарин с системой отводных каналов на территории, известной как Южный Гор. Среднегодовая температура здесь выше, чем в интенсивно эксплуатируемой, ныне северной части долины Иордана, что позволит собирать обильный урожай значительно ранее общих сроков. (Вывоз раннего урожая на рынки соседних стран сулит солидные дополнительные прибыли.) Будет поднята высота плотин Эль-Кафрейн и Эль-Малик Таляль с целью увеличения емкости водохранилищ и создания дополнительных запасов воды для нужд орошения. Начато бурение артезианских скважин, а также создание оросительной сети в районе Вади эль-Араб.

Большое внимание в Иордании уделяется развитию товарного земледелия в другом центре сельскохозяйственного производства - в долине Эз-Зарки, где общая площадь земель под обработкой в течение 80-х годов достигнет 80 тыс. га.

Как видно, государство стремится интенсифицировать сельское хозяйство, наступая по разным направлениям, которые ведут к одной, правда весьма отдаленной, цели - самообеспечению продовольствием и сырьем. Между тем достижение такой цели тесно связано с внедрением в сельское хозяйство индустриальных методов, что предполагает также перестройку психологии крестьянства, поколениями придерживавшегося дедовской агротехники.

Однако иорданской деревне крайне трудно добиться согласованного решения всех этих проблем. Сам сельский капитализм, еще не освободившийся полностью от феодальных пережитков, сдерживает социальный и технический прогресс. Сельские предприниматели в первую очередь ориентируются на собственные интересы и не очень склонны увязывать свою деятельность с национальными потребностями. Государство же, не принимающее непосредственного участия в производстве, имеет в основном лишь косвенные рычаги воздействия на сельскую экономику и не может без ломки традиционной системы землевладения и землепользования и всего устоявшегося комплекса аграрных отношений реализовать свои замыслы в кратчайшие сроки и безболезненным путем.

Эти и иные обстоятельства в разной мере обусловливают замедленное становление современного сельского хозяйства, отдаляют время обретения им черт высокопроизводительной отрасли национальной экономики.

Изменения в структуре национальной экономики, происшедшие за последние десятилетия, говорят о том, что Иордания все больше утверждается как страна, имеющая индустриально-аграрный характер. Ныне она благодаря достижениям в промышленности и сдвигам, осуществленным в сельском хозяйстве, отличается от той Иордании, которая веками сохраняла неизменный облик. Свой вклад в создание новой Иордании вносит и модернизация средств сообщения и транспортной системы. Географическое положение страны и историческая ориентированность ее связей способствовали развитию транспортной сети преимущественно в восточной и западной частях. Однако создание в 1948 г. Государства Израиль и оккупация им в 1967 г. Западного берега вынудили Иорданию к созданию новых транспортных узлов и артерий, развернутых в северном и южном направлениях.

Канули в Лету караванные тропы и красочные караваны верблюдов, несущих тяжелую поклажу. Ныне картина коренным образом изменилась. На смену безвозвратно ушедшим патриархальным временам пришли новые веяния. Правда, как и раньше, перевозка грузов ведется караванами, но какими! Это колонны тяжелогруженых дизельных грузовиков с огромными, крытыми брезентом кузовами, неповоротливых рефрижераторов, цистерн-мастодонтов, которые, натужно ревя мощными двигателями, мчатся по асфальтированным дорогам со скоростью почти сто километров в час, чтобы вовремя попасть к месту назначения.

Во внутренних грузовых и пассажирских перевозках автомобильный транспорт играет ведущую роль. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно оказаться на загородных магистралях, которые сплошь забиты грузовиками и окутаны синеватым дымом от дизельных выхлопов. Кажется, что дороги живут своей собственной жизнью, не замирающей даже по ночам.

В начале 80-х годов автомобильный парк страны заметно пополнился и сильно обновился. К этому вынуждает рост городской экономики, повышение динамичности городской жизни. Автотранспортное сообщение развивается не только в Аммане, но и в других городах, более интенсивными становятся перевозки на международных маршрутах.

Общее число зарегистрированных в стране в 1982 г. автомобилей достигло почти 180 тыс. (в 1977 г. - 47 тыс.). Из них три четверти приходится на долю легковых автомашин, остальные - грузовые автомашины и автобусы. Основная масса транспортных средств (до 80%) принадлежит частным владельцам.

Грузовик или автобус в Иордании, как, впрочем, в арабском мире вообще, не просто средство передвижения. Это нечто гораздо большее в представлении людей, имеющих с ними дело. Для водителей - это и кормилец, и друг. Они проводят в своем транспорте много времени, каждый на свой лад украшая свое рабочее место. Кабина, как правило, увешана изнутри всякими талисманами, вымпелами, фотографиями журнальных красоток, открытками с видами мусульманских святых мест. Немалая часть машин украшена и снаружи. Здесь и разноцветные катафоты, и мелкие лампочки, которые в темное время превращают машину в новогоднюю елку, дополнительные фары, бахрома по окнам, яркие надписи - сугубо мусульманская "Аллаху акбар" (Аллах велик) и тематическая "Не спеши, папа, мы тебя ждем", пластмассовая рука Фатьмы, подковы и многое другое в том же роде.

Машины - везде машины. Однако о них приходится говорить уже не только как о средстве передвижения, но и как о некоем социальном феномене, который может поведать, например, об острой конкурентной борьбе зарубежных фирм за иорданский рынок автотехники, о тенденциях в решении национальной проблемы перевозок, о направлениях в качественном развитии автопарка, наконец, о степени зажиточности или уровне претенциозности владельцев машин, их вкусах. Автомобильный парк страны разномастен, отличается обилием дорогих машин, богатой цветовой гаммой, новизной моделей. Ведь в стране введены новые таможенные правила, касающиеся импорта автомобилей. Например, сюда запрещается ввозить автомашины, выпущенные более пяти лет назад к текущему моменту. На запасные части к автотранспортным средствам, находящимся в эксплуатации более пяти лет, цены повышаются в отдельных случаях вдвое. Такие меры помогают поддерживать автомобильный парк в хорошем состоянии, предотвращают поглощение страной бывших в употреблении машин, которые по относительно недорогим ценам охотно сбываются на местном автомобильном рынке их владельцами из нефтеэкспортирующих арабских государств.

Ныне ведущую роль в поставках автомашин в Иорданию играют японские фирмы, выпускающие простые, но достаточно комфортабельные автомобили, отвечающие запросам средних слоев населения. В результате в последние годы японские компании заметно потеснили такие известные западноевропейские фирмы, как "Мерседес-Бенц", "Волво", "Пежо" и другие с их дорогими лимузинами. Конечно, склонности иорданских потребителей не в последнюю очередь определяются и такими привлекательными качествами японских мазд, хонд и сузуки, как экономичность и малый размер, позволяющие им лавировать на узких улицах и занимать мало места на стоянке. На иорданских дорогах можно увидеть и советские "Лады", которые хорошо выглядят в кавалькаде разношерстного автотранспорта.

Хотя грузовой транспорт составляет небольшую часть национального автопарка, именно на его долю приходится основной объем перевозок. Его роль исключительно велика в транспортировке внешнеторговых грузов. Все поступающие в лорт Акаба товары вывозятся грузовиками и рефрижераторами. Экспортируемая Иорданией в соседние страны продукция сельского хозяйства также полностью доставляется потребителям на автомобилях. Начиная с 1980 г. вследствие ирано-иракской войны резко возрос объем транзитных перевозок иракских импортных грузов. Для их доставки была создана совместная иордано-иракская компания, имеющая на транзитной линии Акаба - Багдад до 700 тяжелых грузовиков.

Подобная же компания, основанная совместно с Сирией, имеет в своем распоряжении более 350 грузовиков и тягачей. "Она занимается перевозкой сирийских и иорданских экспортно-импортных грузов. Компания планирует в ближайшие годы удвоить автопарк. Однако на размахе ее операций сказываются политические трения, время от времени возникающие в иордано-сирийских отношениях. Это обстоятельство отражается и на перспективах увеличения автомобильного парка компании.

Строительство дороги в горном районе
Строительство дороги в горном районе

Для эффективного использования транспорта, являющегося важной составной частью национального хозяйства и решающего крупные экономические задачи, нужны хорошие дороги. Состояние дорожной сети, по которой осуществляется до 90% всех перевозок, в целом неплохое. Протяженность асфальтированных дорог превышает 5 тыс. км, в том числе автострад первого класса - почти 2 тыс. км. К последним относятся шоссе Амман - Акаба, Амман - Иерусалим, Амман - Дамаск, Мафрак - иракская граница. Однако покрытие большинства дорог не рассчитано на эксплуатацию автомобилей с высокой нагрузкой на ось, а именно такие машины составляют основу парка грузового транспорта. (Дороги с ослабленным покрытием строились в ту пору, когда движение не было столь интенсивным, а в стране ощущалась нехватка цемента и асфальта.)

Увеличение парка грузовых и легковых автомашин активизировало автодорожное строительство. С 1981 г. ведется строительство трех участков автодороги Акаба - Багдад, имеющей стратегическое значение для Ирака и финансируемое им. Прежняя дорога, узкая и разбитая, замедляла скорость передвижения, портила автомобили и грузы, не удовлетворяла требованиям безопасности. По обочинам ее то тут то там можно видеть остовы искореженных автомобилей - следы дорожных катастроф, которые не только наносили большой материальный урон, но и вызывали человеческие жертвы.

Ряд автодорожных объектов включается в государственный план строительства. Предусматривается значительный объем работ по совершенствованию национальной дорожной сети. Всего планируется построить и реконструировать 600 км дорог первого класса, 240 км - второго класса и 1,4 тыс. км - грейдеров, предусматривается открыть участки Джувайда - Мукаввир-Эль-Азрак, которые позволят пустить транспорт вокруг Аммана в Ирак. Будет построена обводная дорога вокруг Эз-Зарки, Джераша и Маана, расширена дорога в пустыне между Амманом и Мааном, которая протянулась параллельно Королевскому шоссе, связывающему Амман и Акабу. Завершена 32-километровая автострада, соединяющая Амман с недавно построенным новым аэропортом "Алия". Основное внимание уделяется прокладке дороги "Север - Юг", идущей от Акабы до сирийской границы, и Акаба - иракская граница. Капитальные вложения на эти цели составляют почти 200 млн. дин.

Национальный железнодорожный транспорт развит значительно слабее автомобильного. Протяженность железных дорог не превышает 500 км. Это узкоколейные линии Амман - сирийская граница, Амман - Эль-Хаса, Эль-Хаса - Акаба (используется преимущественно для доставки фосфатов), а также Маан - Рас-Накаб. В начале 80-х годов подвижной состав насчитывал менее 40 локомотивов, около 600 товарных и всего 12 пассажирских вагонов.

Хотя этот вид транспорта имеет подчиненное значение, ныне и он становится объектом модернизации и развития. Намечается проложить новую ветку, связывающую Акабу с фосфатным месторождением Шейдия. Кроме того, рассматривается проект возрождения Хиджазской железной дороги, протянувшейся от Дамаска до Мекки на 1285 км. Однако принятие практических мер затягивается по экономическим причинам, так как доходы от эксплуатации дороги для Саудовской Аравии и Иордании могут оказаться незначительными по сравнению с расходами на ее восстановление.

В отличие от железнодорожного авиационный транспорт может считаться гордостью Иордании. Воздушные гражданские перевозки осуществляет иорданская Королевская авиационная компания "Алия", названная так по имени старшей дочери короля. В состав компании входят две национальные транспортные фирмы, которые сотрудничают со смешанной иордано-иракской авиакомпанией грузовых перевозок.

"Алия" обслуживает в основном международные линии, конечными пунктами которых в Иордании являются два международных аэропорта - Амман и Акаба. Внутри страны регулярное воздушное сообщение поддерживается только между двумя этими городами.

Самолетный парк компании состоит из 19 авиалайнеров американского производства, включая 7 широкофюзеляжных самолетов (в скором будущем его пополнят еще пять таких же машин). В 1982 г. услугами "Алии" воспользовались 1,25 млн. пассажиров (в середине 70-х годов компания имела шесть самолетов и перевозила в среднем 350 тыс. человек в год).

Авиационными линиями Иордания связана практически со всеми континентами и несколькими десятками стран мира.

Увеличение объемов пассажирских и грузовых перевозок вызвало необходимость строительства в Аммане уже упоминавшегося нового международного аэропорта "Алия", ибо старый был настолько мал, что в нем не было места для отдыха огромного количества транзитных пассажиров. В Гизе, к югу от Аммана, открыт новый крупный аэровокзал со службами, оснащенными современным навигационным оборудованием. В 1985 г. он уже мог обслуживать около 5 млн. пассажиров и обрабатывать 66 тыс. т грузов в год. В Аммане открыт центр для ремонта и технического обслуживания двигателей самолетов, принадлежащих авиакомпаниям других арабских стран, а также диагностический центр. Кроме того, "Алия" установила у себя тренажеры для пилотов, летающих на широкофюзеляжных самолетах. Развивая свою деятельность, иорданская компания гражданской авиации в числе десяти арабских компаний приняла решение о создании на Бахрейне межарабской компьютизированной системы бронирования и заказа мест.

Подобные факты говорят о том, что, овладевая таким сложным делом, как полеты реактивных лайнеров, и особенно аэробусов, Иордания стремится опираться на собственные силы и отказывается от услуг иностранных компаний. Национальная компания самостоятельно эксплуатирует сложнейшее современное навигационное оборудование. В стране готовится летный и технический персонал для других арабских стран.

Предпринятые государством меры в области развития воздушного транспорта способствуют тому, что "Алия" становится одной из ведущих авиакомпаний на Ближнем Востоке, уступающей только Саудовской Аравии. Амман превращается ныне в крупнейший региональный центр авиационных перевозок.

В противоположность авиационному морской транспорт Иордании находится в зачаточном состоянии. Только в 1981 г. была создана национальная мореходная компания, которая в настоящее время располагает двумя судами водоизмещением 14 тыс. т каждое. В будущем планируется расширить морской флот путем приобретения более крупных судов для перевозки сыпучих грузов - фосфатов, поташа, удобрений.

Уже сейчас достаточно быстрыми темпами развивается портовое хозяйство. Это связано с тем, что единственный морской порт Иордании - Акаба - имеет чрезвычайно важное значение для национальной экономики, особенно для внешней торговли. Порт расположен в одноименном заливе Красного моря, имеет удобную естественную гавань, где могут швартоваться крупнотоннажные суда. Порт Акаба специализируется в основном на погрузке навалочных грузов. Он располагает 8 причалами для приема массовых и генеральных грузов и двумя плавучими причалами. Причалы оборудованы передвижными башенными погрузчиками для переброски фосфатов на суда, трубопроводом для выгрузки нефтепродуктов, приспособлениями для приема навалочного цемента. Есть также временный контейнерный терминал для приема судов типа "ро-ро".

Причал для погрузки фосфатов в Акабе
Причал для погрузки фосфатов в Акабе

Рост грузопотоков и переход торговых флотов мира к наиболее прогрессивной форме морских перевозок - контейнерной - ставят Иорданию перед необходимостью планомерно расширять и модернизировать свое портовое хозяйство. Так, к концу пятилетки доля контейнерных грузов в общей массе импортных грузов должна была достичь 60%, хотя вплоть до 1977 г. контейнеры в порту не обрабатывались. Предусмотрено сооружение крупнейшего на Ближнем Востоке контейнерного терминала длиной более полукилометра, а также завершение строительства трех новых причалов для генеральных грузов и одного - для фосфатов. Это даст возможность довести грузооборот порта до 16 млн. т в год.

Трубопроводный транспорт представлен двумя нитками, проходящими через территорию страны. Это бездействующий с 1948 г. нефтепровод Киркук (Ирак) - Хайфа (Израиль) и нефтепровод Дахран (Саудовская Аравия) - Сайда (Ливан), имеющий ответвление на Эз-Зарку, где, как отмечалось, расположен нефтеперегонный завод.

При заметных сдвигах, происходящих в различных отраслях экономики страны, безусловно, не остается без изменений национальная система связи. Телекоммуникационная корпорация Иордании стремится ее модернизировать и определила в связи с этим рамки развития связи вплоть до 1995 г. Задачи намечены крупные, ибо имеющаяся система коммуникаций отстает от потребностей страны. Обновление затронет практически все виды связи, в которую внедряются последние новинки технологии и электроники, поставляемые в страну по контрактам с французскими и японскими фирмами. В соответствии с соглашениями в текущей пятилетке предусматривается телефонизировать 265 городских и сельских населенных пунктов в северном и центральном районах. По намеченной программе в столице, а также в Эз-Зарке, Эс-Сальте, Ирбиде и других городах намечено построить 6 автоматических телефонных станций, к которым будут подключены более 90 тыс. абонентов. Налаживая устойчивую телефонную связь, в стране отказываются от подвесных линий, заменяя их подземными, не подверженными воздействию атмосферы. В целом к середине 80-х годов число телефонов возросло до 325 тыс., таким образом налажена связь между 360 населенными пунктами с числом жителей от 500 и более.

Телексная служба также интенсивно перевооружается. На смену электромеханической аппаратуре в Аммане, Акабе, Эз-Зарке и других пунктах, где установлены телексы, приходит централизованная электронная система. Она размещена в Аммане и теперь охватывает всю страну благодаря увеличению количества линий более чем в 2 раза.

Вступила в действие (1980 г.) вторая станция спутниковой связи в Бакаа, приспособленная для работы в паре с индийским спутником связи. Станция обеспечивает большой объем телефонных переговоров, передачи телексных сообщений, телевизионных программ.

С осуществлением крупного регионального телекоммуникационного проекта было положено начало использованию микроволновой связи (на 960 каналов) между Амманом и Дамаском. В 1982 г. к системе прямой международной связи были подключены Амман, Эз-Зарка, Керак, Акаба, Эс-Сальт.

Для эксплуатации сложной аппаратуры, а также для ее ремонта подготавливаются высококвалифицированные кадры. В учебном центре в Аммане и за границей проходят подготовку иорданцы, на плечи которых ляжет обеспечение жизнедеятельности новой системы.

На нужды связи в первой половине 80-х годов ассигновывалось более 106 млн. дин., что говорит о внимании государства к перестройке системы коммуникаций.

Осуществление всех намеченных проектов находится в прямой зависимости от состояния национальной банковско-финансовой системы, которая играет одну из ведущих ролей в жизнеобеспечении иорданской экономики.

В годы английского мандата многочисленные финансовые и кредитные институты служили важными рычагами экономического закабаления страны. С их помощью английская администрация одной рукой взимала дань с местных жителей, а другой - тратила полученные средства в интересах метрополии. Английские банки, глубоко внедрившиеся в экономику страны, полностью подчинили себе местную систему обращения, что приносило британским финансистам и банкирам немалые выгоды.

Потребности национального хозяйства после достижения страной политической независимости заметно изменили характер и задачи ее финансово-кредитной системы. И хотя в условиях поощрения частнокапиталистического предпринимательства финансы и кредит далеко не полностью используются для решения стоящих перед страной острых социально-экономических проблем, они все же в большей степени, чем раньше, ориентированы на преодоление хозяйственной отсталости. Вследствие энергичного вмешательства государства в хозяйственное строительство значительно возросла роль государственных финансов в реализации намеченных планов и программ развития экономики.

За истекшие пятнадцать лет финансовый сектор интенсивно развивался, проникая в разные сферы экономической деятельности. Благодаря созданному довольно мощному альянсу частных и государственного банков иорданская банковско-финансовая система окрепла настолько, что в ряде случаев имеет возможность удовлетворять потребности экономики в кредитных средствах, за исключением разве что очень крупных, имеющих общенациональное значение объектов, оцениваемых в сотни миллионов долларов.

К середине 80-х годов в стране действовали 17 банков, из которых лишь 8 были национальными. В фешенебельных районах ряда городов, и прежде всего Аммана, можно видеть конторы солидных американских и английских банков, а также вывески финансово-кредитных учреждений из Египта, Ливана и других стран, которые устремились в страну, почуяв запах наживы. В частности, здесь действуют такие финансовые гиганты, как имеющий давний колониальный опыт английский "Бритиш бэнк оф Миддл Ист" и принадлежащие клану Рокфеллеров "Чейз Манхэттен бэнк" и "Фёрст нэшнл сити бэнк", постоянно входящие в первую десятку американских банков. Эти международные банковские монополии, стремящиеся находиться поближе к арабским "нефтяным" деньгам во всех их формах, открывают свои отделения и филиалы в самых различных арабских странах. Там, где это им не удается сделать открыто, они действуют под формальной вывеской национальных финансовых учреждений, а иногда опутывают местные банки неравноправными контрактами и долгосрочными соглашениями.

На территории страны активно оперируют также 5 инвестиционных банков и организаций, 7 специализированных кредитных организаций и 2 фонда, занимающиеся скупкой акций крупнейших национальных компаний и правительственных ценных бумаг. Они же аккумулируют пенсионные отчисления, мелкие сбережения населения и отчисления по социальному страхованию. В 1978 г. в Аммане была открыта фондовая биржа, которая ведет операции на рынке ценных бумаг и осуществляет продажу облигаций государственных займов.

Крупнейшим и наиболее известным из коммерческих банков страны является Арабский банк, основанный в 1930 г. в Иерусалиме. После израильской агрессии 1967 г. штаб-квартира банка была переведена в Амман, а все отделения на оккупированном Западном берегу и в секторе Газа закрыты. В настоящее время Арабский банк имеет 54 отделения на территории Иордании и в других странах мира, в том числе в Ливане, Саудовской Аравии, Франции, Англии. Кроме того, он основал дочерние и ассоциированные банки в Марокко, Нигерии, Люксембурге, США, ФРГ, Швейцарии и Гонконге.

Важное место в кредитно-финансовой сфере занимает Центральный банк, выступающий в качестве руководителя всей банковской системы страны. Он сосредоточивает около 75% золото-валютных запасов Иордании, его активы превысили 700 млн. дин. В функции банка входят эмиссия банкнот, размещение правительственных ценных бумаг, валютный контроль, внешние государственные расчеты, выдача кредитов инвестиционным банкам, изменение процентных ставок.

Как видно, в настоящее время Иордания имеет достаточно развитую и гибкую кредитно-банковскую систему, позволяющую мобилизовывать накопления и привлекать денежные сбережения населения к финансированию программ экономического строительства. Во многом этому способствовало разрешение гражданам иметь на своих личных счетах вклады в иностранной валюте в размере до 30 тыс. дин., а работающим за рубежом иорданцам переводить в банки страны неограниченные суммы в любой иностранной валюте. Хотя это в целом благотворно сказалось на деятельности коммерческих банков Иордании, нельзя сказать, что проблема накоплений через этот канал была решена. Мобилизацию финансовых ресурсов через него по-прежнему ограничивает склонность частных лиц вкладывать свои сбережения не в местные банки, а в такие "осязаемые" активы, как недвижимое имущество, драгоценности и др.

Тем не менее в целом банковско-финансовая система выполняет свои функции, способствуя мобилизации и накоплению средств, необходимых для развития национальной экономики. Однако часто это удается лишь огромными усилиями всех ее звеньев, что связано с перенапряжением государственных финансов, обострением хронического дефицита валютных средств. Достаточные для экономического развития денежные средства государство стремится получить путем максимального привлечения иностранных капиталов, направляемых на осуществление проектов экономического развития и все большего увеличения доли внутренних поступлений, используемых для покрытия текущих государственных расходов.

Между тем с ростом государственных расходов возрастает острота проблемы изыскания источников финансирования. Усилия финансовых органов направлены на увеличение текущих доходов, которые не влекут за собой тяжелого бремени задолженности. Однако низкий абсолютный размер создаваемого в стране общественного продукта, робкие шаги государства по усилению налогообложения имущей части общества, огромные расходы на содержание административного аппарата, армии и полиции, сложности в проведении единой государственной политики финансирования социально-экономического развития приводят к тому, что текущие доходы оказываются не в состоянии закрыть брешь, которая расширяется с ростом государственных расходов.

С целью покрытия дефицита платежного баланса Иордания вынуждена обращаться за средствами к внешним источникам накопления, причем такая политика проводится в течение весьма длительного времени. Еще в апреле 1955 г. иорданский парламент принял закон "О поощрении иностранных капиталовложений", согласно которому на зарубежные компании, вкладывающие средства в экономику Иордании, распространялись все привилегии и права, предоставляемые национальному капиталу.

До сравнительно недавнего времени - начала 70-х годов - дефицит торгового и платежного балансов Иордании покрывался почти исключительно американскими и английскими кредитами и займами, помощью со стороны ООН, платежами иностранных дипломатических миссий и сборами за транзит саудовской нефти через иорданскую территорию. Однако "помощь" эта в лучшем случае лишь поддерживала достигнутый к тому времени уровень развития национальной экономики и не создавала возможностей для ее реального подъема.

После повышения мировых цен на нефть в 1973-1974 гг. финансовая помощь Иордании со стороны арабских нефтедобывающих стран Персидского залива резко увеличилась. Если ранее она носила спорадический характер, то с середины 70-х годов помощь стала приобретать черты постоянной, существенно превосходя поступления по прежним каналам. Уже в 1974 г. займы и кредиты этих арабских стран превысили 40 млн. дин., что составило более 65% всех полученных Иорданией от зарубежных государств средств. К 1980 г. объем помощи возрос уже почти в 6 раз, достигнув примерно 230 млн. дин., т. е. свыше 90% зарубежных субсидий, полученных страной. В результате в настоящее время все сколько-нибудь значительные экономические проекты и долгосрочные программы социально-экономического развития Иордании опираются на арабские нефтедоллары, составляющие основу финансового благополучия страны.

Иордания регулярно получает значительные средства от арабских нефтедобывающих государств в рамках программы помощи, одобренной на арабских совещаниях в верхах в Хартуме (1967 г.), Рабате (1974 г.) и особенно в Багдаде (1978 г.), как страна, подвергающаяся израильской агрессии. Кроме того, арабские государства с консервативными режимами не упускали из виду возможность по крайней мере временного превращения Иордании в финансовый центр Ближнего Востока после событий в Ливане и утраты Бейрутом роли "всеарабского банка". Наконец, аравийские государства просто поддерживают монархический режим Иордании, с которым они связаны и династическими узами.

Одно время, когда приток капиталов в страну оказался особенно велик, это вызвало в ее финансовых кругах настоящую эйфорию. По выражению некоего иорданского банкира, приведенному в солидной лондонской газете, высокие доходы позволили Иордании вести себя как нефтяной стране, хотя у нее нет нефти. Однако нынешний день все чаще омрачается призраком грядущих затруднений. Примером тому может служить ситуация, связанная с обязательством арабских стран - производителей нефти выплачивать известную сумму Иордании как стране, противостоящей Израилю. Согласно этому обязательству, в Иорданию должны поступать ежегодно 1,25 млрд. долл. Между 1979 и 1981 гг. она получила примерно 1 млрд. долл. В 1983 г. дотации снизились до 800 млн. долл., а бюджет на 1984 г. предусматривал получение их в сумме всего 512 млн. долл.

Ирак, например, вынужден уменьшать свою прежде весомую финансовую поддержку Иордании в связи с тем, что переживает тяжелые времена, вызванные затяжным военным конфликтом с соседним Ираном. Другие нефтеэкспортирующие арабские страны вынуждены снижать добычу нефти и соответственно терять доходы от ее продажи. Ведь на Западе - основном ее потребителе - внедряется энергосберегающая технология, расширяется добыча собственной нефти, ведется активный поиск альтернативных источников энергии. Все это имеет для Иордании далеко идущие последствия, начинает постепенно сказываться на ее финансовом положении. Нейтрализовать нежелательные тенденции Иордания не в силах, ибо уходят те времена, когда она "не имела проблем в получении займов". Ослабить же эти тенденции она может, только опираясь на собственные экономические возможности, которые, несмотря на хозяйственные успехи последнего времени, остаются пока еще относительно скромными.

В стремлении как-то компенсировать потери, государство использует любые каналы, по которым возможен приток валютных поступлений в страну, в том числе туризм и денежные переводы работающих за границей иорданских граждан. В связи с этим в королевстве уделяют исключительно большое внимание развитию иностранного туризма. С целью привлечения туристов из-за рубежа вкладываются значительные средства в сооружение современных отелей, дорог и коммуникаций, развитие национальных ремесел. Особый размах эти мероприятия приобрели в начале 70-х годов, когда впервые страну посетило свыше 500 тыс. туристов, к чему туристическая инфраструктура оказалась совершенно неподготовленной.

Иорданское правительство, прибегнув к финансовой помощи арабских нефтедобывающих стран и ряда международных организаций, предоставив широкие привилегии местному частному капиталу, сумело в весьма короткие сроки мобилизовать силы и средства, необходимые для ликвидации "узких мест" в индустрии туризма.

Как результат этого увеличилось количество мест в гостиницах, в том числе в таких построенных известными фирмами, как "Хилтон", "Шератон", "Меридиэн". Если в 1970 г. в стране насчитывалось лишь 17 гостиниц, из которых только одна была международного класса, то в 1980 г. их было уже 78, из которых 50 относились к числу особо комфортабельных, кроме того, в стадии строительства находилось еще 38 отелей.

Высокий уровень обслуживания и умело поставленная реклама способствовали притоку в Иорданию иностранных туристов, число которых в начале 80-х годов превысило 2 млн. человек. Иностранный туризм ежегодно в среднем приносит стране доходов на 450-500 млн. долл.

Даже не задумываясь над официальными цифрами приездов-отъездов, в Иордании воочию видишь, что туристскому племени "несть числа". Кто только ни едет. Стар и млад, инвалиды в колясках и девицы, увешанные фототехникой, с детскими панамками на головах здоровенные парни в шортах и весьма преклонного возраста дамы, облаченные в летние наряды, рассчитанные явно на молодежь. Над всей этой толпой стоит многоязыкий гул. Невольно приходит мысль о вавилонском столпотворении, случившемся не столь далеко отсюда, в соседнем Ираке. Большая часть посещающих страну туристов - свыше 70% - прибывает из арабских государств. Но это не туристы в полном смысле слова, ибо цель их приезда вызывается чаще всего необходимостью посетить родственников, сделать транзитную остановку на пути к мусульманским святыням в Саудовской Аравии или к месту службы в других странах мира. (Их-то реже всего можно встретить в популярных и достопримечательных местах страны.) Определенная часть путешественников прибывает в Иорданию по той простой причине, что здесь нет "сухого закона", весьма строго соблюдаемого в ряде стран Персидского залива. Для развития иностранного туризма имеет значение и то обстоятельство, что соседний Ливан за годы ожесточенной гражданской войны и разгула насилия утратил статус признанного курорта Арабского Востока. Кроме того, вооруженные провокации Израиля против Сирии, военный конфликт между Ираком и Ираном, равно как и другие чреватые опасными последствиями события на Ближнем Востоке, ограничили приток туристов в другие страны региона, славящиеся памятниками ушедших в прошлое цивилизаций и многими другими достопримечательностями.

Настоящими туристами, наиболее ценимыми в финансовом отношении, в Иордании считают приезжих из Европы и Америки. Именно эти два контингента обеспечивают львиную долю дохода туристских компаний и фирм.

Конечно, из-за напряженного положения в регионе приток иностранных туристов год от года колеблется, однако не настолько, чтобы создавать угрозу для этой статьи дохода. Иорданцы видят в туризме не только солидный источник пополнения государственного бюджета, но и барометр политической обстановки в своей стране и регионе в целом, залог укрепления миролюбивых тенденций в отношениях между странами.

Государственный бюджет Иордании служит как бы зеркалом экономической и финансовой деятельности государства. Уже в течение многих лет наиболее крупными статьями расходной части бюджетов являются экономическое развитие, оборона и госбезопасность. Огромные расходы, нередко вызванные непредвиденными обстоятельствами, создают дефицит средств, усугубляемый трудностями получения их из-за рубежа и мобилизацией денежных ресурсов внутри страны, как уже отмечалось выше.

Возникает своего рода заколдованный круг, при котором, чем больше объем финансовой помощи (а без нее иорданская экономика не может существовать), тем больше государству приходится отвлекать средств на погашение своих обязательств и процентов по ним. В результате этого нарастают многие нежелательные процессы, в том числе инфляция, неотступно преследующая капиталистически ориентированную экономику страны и с начала 80-х годов устойчиво превышающая 7%. Инфляция стала хроническим явлением и выступает в Иордании как продолжение инфляционных тенденций в развитых капиталистических странах, с которыми королевство связано самым теснейшим образом.

Цены на внутреннем рынке неудержимо стремятся вверх. Только за один 1982 г. стоимость жизни увеличилась более чем на 7%. Подскочили цены: на продовольствие - на 3,4%, жилье - на 10,3, одежду и обувь - на 9,5, на другие товары, а также на услуги (включая транспорт, медицинское обслуживание и образование) - на 8,6%. Это отрицательно сказывается на уровне жизни иорданских трудящихся масс, но особенно больно бьет по малоимущим слоям населения. Не следует, конечно, сбрасывать со счетов и огромные (по местным масштабам) расходы на оборону, обеспечение безопасности страны, защиты ее национального суверенитета перед лицом агрессивности Израиля. (Ведь отпускаемые на оборону средства могли бы быть направлены на социально-экономические нужды и, следовательно, на известное повышение благосостояния населения.) Пока же опасное соседство вкупе с другими факторами отдаляет то время, когда Иордания сможет создать такой производственный потенциал, который позволит сочетать национальную независимость с экономической самостоятельностью в подлинном смысле этого слова.

Активизация основных сфер экономической деятельности в Иордании осуществляется, таким образом, при постоянном финансовом голоде. А это не может не накладывать отпечаток на темпы экономического роста, отодвигая сроки завершения проектов развития, имеющих для страны первостепенное значение.

Все мероприятия в разных отраслях хозяйственной деятельности, связанные с подъемом национальной экономики, требуют не только значительных финансовых средств, ибо нужна материальная база в виде оборудования, машин, огромного количества других инвестиционных товаров, которыми Иордания также не располагает. Поэтому страна должна регулярно выходить на мировой рынок, чтобы обеспечить свои потребности в промышленных товарах и услугах. Страна вынуждена к тому же ввозить самый широкий ассортимент товаров потребительского спроса, включая продовольствие.

Ежегодно 15-20% стоимости импорта составляют продукты питания, среди которых главное место принадлежит пшенице и пшеничной муке, сахару и мясо-молочным продуктам. До 10-15% ввоза Иордании, не имеющей своих нефтяных месторождений, приходится на жидкое топливо, которое страна получает из Кувейта и Саудовской Аравии. В связи с широким промышленным строительством до 30-35% стоимости импорта ежегодно составляют машины и оборудование, необходимые для осуществления программ экономического развития страны. Наконец, 20% стоимости иорданского импорта составляют промышленные изделия - текстильные товары, бытовые электроприборы, мебель и др.

Основу национального экспорта составляют фосфаты, фосфатные и калийные удобрения (35-40% стоимости экспорта), а также сельскохозяйственная продукция - сухие и свежие фрукты и овощи, бобовые, оливковое масло, кожсырье. Незначительное место занимают цемент, мрамор, аккумуляторные батареи и продукция небольших предприятий и мастерских, производящих некоторые текстильные изделия, парафин, лаки и краски, мыло, стиральный порошок, кондитерские изделия и т. п.

Главные потребители иорданской экспортной продукции - соседние арабские страны, такие, как Ирак, Сирия, Ливан, Кувейт, Саудовская Аравия, на которые приходится, как правило, 65-70% всей стоимости экспорта Иордании. Они закупают в основном продукты питания, строительные материалы, парфюмерию, аккумуляторы и текстильные изделия. Торговые отношения Иордании с ними характеризуются предоставлением наиболее льготных условий в области таможенного обложения, транзита, складирования товаров и т. п.

Среди основных покупателей иорданских фосфатов как развитые капиталистические, так и развивающиеся государства, а также страны социалистического содружества. Среди них по доле иорданского экспорта выделяются Япония, Индия, Турция, Югославия, Румыния, Чехословакия. При этом доля социалистических стран постоянно растет, достигнув в начале 80-х годов 10% стоимости всего внешнеторгового оборота Иордании.

Внешнеторговый баланс страны имеет хроническое отрицательное сальдо: импорт превышает экспорт, как правило, в 8-10 раз. При этом главные поставщики различных товаров в Иорданию - развитые капиталистические государства - занимают последние места в ее экспорте и первые - в импорте, и именно здесь складывается огромное отрицательное сальдо торговли страны.

Географическое распределение внешнеторговых связей Иордании ярко отражает, как отмечалось выше, ее экономическую зависимость от империалистических держав. Доминирующая роль в иорданском импорте среди капиталистических государств принадлежит ФРГ (10-11% импорта страны), США (9-10%), Англии (8-9%), Японии (6-7%). Это объясняется прежде всего тем, что отношения между ними и Иорданией в течение долгого времени регулировались неравноправными договорами и соглашениями политического и экономического характера. До сих пор многие отрасли иорданской экономики, как говорилось, полностью или частично находятся в зависимости от внешней торговли с развитыми капиталистическими государствами.

Привязанность к международному капиталистическому рынку ставит страну перед необходимостью расходовать все больше средств на оплату постоянно дорожающего оборудования, машин и других многочисленных товаров, поступающих из империалистических государств, что отрицательно сказывается на состоянии национальных валютных резервов. В результате Иордания все более теряет опору в проведении самостоятельной внешнеторговой политики, не может действовать без оглядки на Запад, даже утрачивает саму возможность исходя из национальных интересов регулировать географию торговли, а порой и номенклатуру товаров.

Стремясь все же избежать углубления нежелательных тенденций, иорданское правительство стало постепенно расширять объем экономических связей с социалистическими государствами, отношения с которыми базируются на безусловном соблюдении принципов равенства и взаимной выгоды, уважения суверенитета и невмешательства во внутренние дела партнеров. Заметное место в этих связях принадлежит советско-иорданским экономическим отношениям.

Торгово-экономические отношения между СССР и Иорданией регулируются соглашениями и протоколами от 1969 и 1977 гг., которые предусматривают взаимное предоставление сторонами режима наибольшего благоприятствования. СССР поставляет в Иорданию главным образом лесо- и пиломатериалы, прокат черных металлов (на эти статьи приходится до 80% советского экспорта в Иорданию), а также оборудование и некоторые товары культурно-бытового назначения.

Геологи за работой
Геологи за работой

Действует и советско-иорданское соглашение об экономическом и техническом сотрудничестве, в соответствии с которым СССР оказывает Иордании содействие в проведении геологических и геофизических работ по разведке на нефть в долине р. Иордан, в поисках газа и твердых полезных ископаемых, в сооружении домостроительного комбината, линии электропередачи, создании профессионально-технических училищ и техникумов. В 1980 г. между двумя странами был заключен договор об изучении возможности использования горючих сланцев, обнаруженных в центральной части страны (в Ладжуне), для выработки электроэнергии на станции мощностью 300-400 МВт.

Сотрудничество с СССР вносит немалый вклад в развитие иорданской экономики. Иорданцам полюбились советские "Лады", а на полях страны исправно несут свою службу тракторы "Беларусь". Контакты между обеими странами, осуществляемые на самом высоком уровне, способствуют расширению их торгово-экономических связей. Укреплению взаимопонимания служит обмен парламентскими, профсоюзными и спортивными делегациями, визиты представителей общественности, в ходе которых стороны знакомятся с повседневной жизнью советского и иорданского народов, лучше узнают национальный характер друг друга, богатую событиями историю обеих стран.

Одновременно успешно развиваются экономические связи с Румынией, Болгарией, Польшей, Венгрией, Югославией, которые в обмен на фосфаты и фосфатные удобрения поставляют в Иорданию цемент, электролампы, легковые автомобили, посуду, электробытовые приборы, сахар, овощные и рыбные консервы, мясопродукты и другие промышленные и продовольственные товары.

Социалистические страны содействуют подъему экономики Иордании. Так, румынские специалисты, как указывалось, приняли участие в строительстве, а затем и расширении нефтеперерабатывающего завода, польские - в электрификации сельских районов и сооружении топливохранилищ в столичном аэропорту, болгарские - в бурении артезианских скважин в районе Эль-Азрака и т. п.

Конечно, о переориентации внешнеторговых или внешнеэкономических связей Иордании говорить не приходится. Однако тот факт, что она все чаще обращается к странам социалистического содружества, достаточно веско свидетельствует о том, что Страна ищет возможности для освобождения от диктата западных монополий. Сотрудничество с Советским Союзом и другими социалистическими государствами не только сулит ей прямые выгоды, но и облегчает ее диалог со странами развитого капитализма.

Практика развития национального хозяйства Иордании показывает, что страна воспользовалась в известной мере благоприятными обстоятельствами, сложившимися для нее в течение последних десяти лет, и выразившимися в солидном финансовом вспомоществовании со стороны нефтеэкспортирующих арабских государств.

За это время Иордания сумела сделать определенные шаги на пути к экономической самостоятельности, создав некоторые новые отрасли, расширив старые, а в целом заложив начальные основы современного производства. Конечно, далеко не все строившиеся планы оказались проведенными в жизнь. Этому мешали как внутренние, так и внешние обстоятельства - низкий исходный уровень экономического развития, бедность природными ресурсами, противоречия, свойственные капиталистической системе, войны, инфляция и т. п. факторы.

Вряд ли стоит предсказывать ход событий, но сейчас множатся свидетельства того, что "золотой дождь", пролившийся над Иорданией после повышения цен на нефть, грозит кончиться или во всяком случае существенно пойти на убыль. В нынешних обстоятельствах, которые в дальнейшем могут измениться к худшему, Иордании становится все труднее восполнять дефицит финансовых средств даже путем форсирования внутренних накоплений, дополнительного напряжения национальных ресурсов, выявления скрытых резервов. Рассчитывать же на чудо не приходится. Поэтому единственная реальная возможность укрепления экономического положения кроется в том, чтобы использовать созданное в экономике, и идти дальше, опираясь на основное достояние Иордании - ее народ, творческие способности которого, помноженные на умение работать и приобретенный опыт, - неисчерпаемый источник прогресса.

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Злыгостев А.С., 2010-2019
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://geography.su/ 'Geography.su: Страны и народы мира'
Рейтинг@Mail.ru